2.5. Философский и обыденный образ жизни + заключение второй главы (монография Лысенковой В. В.)
 

482 развлечения для ума

аматорский информационный портал

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Титульная страница Интересные факты ( музеи и зоопарки мира, путешествия, прошлое, настоящее, будущее) Философия 2.5. Философский и обыденный образ жизни + заключение второй главы (монография Лысенковой В. В.)

2.5. Философский и обыденный образ жизни + заключение второй главы (монография Лысенковой В. В.)

Печать

культуросозидающая сущность философского образа жизни - монография Лысенковой В. В

- философский анекдот про лектора двойное отрицание вместо эпиграфа:

Лектор:

Во многих языках двойное отрицание означает утверждение,

но ни в одном из них двойное утверждение не означает отрицания...


Ехидный голос с задней парты:

Да-а-а, конечно...

 

 

 

 

 

 

Культуросозидающая сущность философского образа жизни

(монография)

Глава 2

 

2.5. Философский и обыденный образ жизни

 

культуросозидающая сущность философского образа жизни - монография Лысенковой В. В

Новые тенденции развития общественного бытия в XXI веке требуют разностороннего изучения компонентов современных социальных процессов.  Наблюдаются качественные изменения в поведении, общении,

деятельности, отношениях.  И они нуждаются в многоаспектном осмысливании.

В том числе и трансформированный образ жизни немыслим без  конкретизации преображенных свойств

и обновленных структурных составляющих с учетом преемственности форм бытия.

К их числу относятся философский и обыденный образ жизни.

Исследование особенностей данных социальных образований поможет разнообразить

панораму видения житейских проявлений, позволит уяснить основу людской со-бытийности,

высветлить своеобразие черт каждого в их сущностной полярности.


Проблемы обыденного стали вызывать неподдельный интерес в 60-е  годы XX века,

прежде всего в связи с изучением общественного сознания, его структуры и функций

(В. Келле, М. Ковальзон, М. Коул, В. Лекторский, А. Лесли, С. Рубинштейн, Дж. Серль, С. Скрибнер,

Б. Туровский, А. Уледов, А. Шимони).  С годами границы рассмотрения расширялись.

Объектом внимания становились обыденное мышление,  обыденное познание,

здравый смысл, обыденная среда обитания

(А. Бокуе, П. Гиро, А. Гуревич, Э. Гуссерль, Л. Ионин, И. Касавин, Ю. Лотман, Б. Марков, В. Федотов, М. Хайдеггер, Р. Хартман, Э. Фукс, А. Шюц и др.).

В последние годы аспекты обыденности – повседневности не обойдены пристальным вниманием И. Карпенко,

С. Климовым, Н. Козловой, Ю. Левадой, В. Лелеко,  Р. Шульгой.

Список литературы


Как отмечалось выше, изучение обыденного образа жизни стало составной частью разноаспектного исследования сущности образа жизни в конце ХХ века следующими авторами: Г. Батыгиным, Е. Донченко, Е. Головахой, А. Здравомысловым, А. Колобовым, Б. Парыгиным, Л. Сохань и другими.  Их стремление системно подойти к анализу проблем образа жизни было с успехом осуществлено.  Но формулирование дефиниции породило многочисленные варианты.  Напомним определение образа жизни (Г. Глезерман)  как типичной формы жизнедеятельности.  В меньшей степени философами, социологами, социальными психологами были уточнены разновидности образа жизни.  Публицисты касались этого вопроса, подвергая критике мещанский, дворянский, купеческий, религиозно-церковный образ жизни.  Философский образ жизни не нашел и у них освещения.
Перспективно с философских позиций проанализировать обыденный образ жизни, сопоставляя его с философским.  Предполагается, что актуальные для нас характеристики философского образа жизни будут выглядеть рельефнее,  позволят перейти в анализе от сущности первого порядка к сущности – второго.
Мы не склонны обыденный образ жизни представлять как сплошь примитивное, духовно приземленное бытие.  Необходимость в нем объективно детерминирована множеством материальных и социальных явлений.  Удовлетворяя соответствующие потребности, интересы, разрешая проблемы житейских ситуаций,  обыденный образ жизни составляет существенную сторону общественного и индивидуального бытия.
Сравнительные срезы дадут нам возможность обнаружить немаловажный реестр своеобразий философского образа жизни, полиаспектнее обрисовать его специфику.  Существенно, что отдельные элементы обыденного имеются в философском образе жизни, но у мыслителей и философов они сведены до минимума.
Философский образ жизни всегда выявляет подчиненность жизненных процессов интеллектуальной устремленности для решения философских проблем, зависимость всей жизни мыслителя от эффективности их осмысливания.  Философы всегда помнят, что жизнь чрезвычайно коротка, насыщена мучительными переживаниями, необыкновенно сложными перипетиями и катаклизмами.  Многие из них, отваживаясь на познание и великое творчество, рисковали не только добрым именем своим и близких, но и здоровьем, и жизнью. 
История философии демонстрирует обилие драматических и трагических страниц в жизни большинства мыслителей.  Преследования, к великому сожалению,  не обошли в течение всех веков  многих из них.  Торопясь как можно больше успеть, философы по возможности свои бытовые потребности соподчиняли таким образом, чтобы их удовлетворение работало на основную цель – служению философии. Постоянная погруженность в разрабатываемую тему, ориентир на многостороннее разрешение ее проблем требуют величайшего самоотречения от множества повседневных дел, возможностей широкого общения, облегченных способов существования. Образ жизни философа всегда обнаруживает акцентирование как приоритетной системы духовных ценностей, обеспечение хотя бы минимального внутреннего равновесия, достижение требуемого эмоционального и интеллектуального сосредоточения, тенденцию к верности избранной теме.  Мыслитель сориентирован на организацию постоянной умственной напряженности, планомерно насыщенной творческой деятельности [235, с. 207]. 
Образ жизни человека по своей сущности – сложное социальное образование.  Он полиструктурен, содержит  в себе основные два уровня: творчески-деятельностный, связанный с условиями творческого труда и обеспечением системы его обслуживания; и обыденный, представляющий собой комплекс средств, направленных на удовлетворение повседневных нужд и потребностей; в основном, детерминирован функционированием системы потребления.
Творчески-деятельностный уровень способствует преобразованию действительности, созданию культуры.  К нему в полной мере относится и философский образ жизни. 
Обыденный – направлен на овладение культурой, использование того, что уже кем-то создано.  И это может осуществляться человеком по-разному и неоднородными способами.

культуросозидающая сущность философского образа жизни - монография Лысенковой В. В

Оба уровня взаимосвязаны между собой системами постоянного общения и отношений, благодаря которым происходит взаимообмен элементами разнообразных культур.  Их единство состоит в удовлетворении потребностей человека.  Но сами потребности различны по содержанию, направленности, уровню и функциям. 
Данные уровни в жизни человека могут играть различную роль.  Для одного, нацеленного на преобразование бытия, основной является миротворческая активность и определяющим есть деятельностный уровень образа жизни.  У другого − основные параметры жизни сконцентрированы на потреблении, вершины духа и интеллектуальные ценности для него не особенно значимы.  Для него непререкаемы повседневные нужды и желания.  Система отношений в нем регулируется обыденным сознанием, где обобщения неглубоки, ведущую роль играют донаучные знания, не отягощенные полнотой отражения действительности, но многократно проверенные жизненным опытом.  В лучшем случае они аккумулируются в народную мудрость, в худшем – в свою противоположность –  царство слухов, предрассудков, сплетен и шаблонов.  Ограниченность эмпирических условий бытия обусловливает преобладание в нем психологических установок по управлению поведением и общением. И даже «вырастая» из границ обыденного образа жизни, чувствуя узость его рамок, человек часто не в состоянии подняться над его уровнем, уйти в более высокие сферы культуры, наполнить жизнь новыми смыслами. В этом случае выявляется противоречие: человек уже имеет большой потенциал, а средств его реализации не видит.  Безусловно, в жизни не все нуждается в углубленном познании.  Бывает достаточно опыта, обыденного знания, передаваемых из поколения в поколение [29; 116, с. 17, 58, 61, 65, 66; 210, с. 7–9].
Уровни пронизывают повседневность – поток обиходных ситуаций, без наличия которых невозможно существование человека. На обыденном уровне повседневность субъектами абсолютизируется, становится его остовом, а на творчески-деятельном воспринимается как тривиальная данность, оценивается как творческая иносфера, не всегда радующая творца своей требовательной настоятельностью.
Активное изучение повседневности начало осуществляться еще в XVII – XVIII веках [98, с. 2; 118, с. 64–65]. Попытки философов уяснить ее роль и место в системе бытийных конструктов, определить ее сущностные координаты, ввести понятие в сонм философско-социологических категорий содержали поиск путей рецепцирования ее параметров к задачам модернизации человеческой природы. Трактовка ее сущности была чрезвычайно полярной. Необходимо отметить, что повседневность динамична постоянными пертурбациями реальной жизнедеятельности людей в пространственно-временном континууме. 
Субъект обыденного образа жизни – не человек науки, профессионального гуманитарного знания, философии, не участник сложного духовного производства.  Чаще всего он даже не сориентирован на самопознание, саморазвитие и самообразование. Сформировавшаяся удовлетворенность собой и уже достигнутым не требует рефлексирования.

культуросозидающая сущность философского образа жизни - монография Лысенковой В. В

Большую роль  в содержании и организации образа жизни имеют социальная принадлежность субъекта, его социальный статус и социальные условия существования. Эти показатели имплицитно детерминированы материальной основой жизни общества.  Чем ниже уровень материального обеспечения, тем больше времени и усилий уходит у человека на удовлетворение потребностей повседневной жизнедеятельности.  Прогресс общества содействует улучшению бытовой стороны жизни: изобретаются различные устройства, облегчающие домашний труд, становятся более комфортабельными жилища, что увеличивает возможности регенерации здоровья, обретения жизненного равновесия и сил для противостояния различного рода трудностям.  В таком случае быстрее восстанавливается требуемая душевная устойчивость, легче устраняется утомленность от напряженного рабочего дня, возникает больше возможностей для обязательного и необязательного общения, увеличивается количество свободного времени. 
К. Циолковский сетовал на то, что быт занимает у человека очень много времени.  Пожизненная зависимость от него в значительной мере тормозит личностное развитие человека, становление и развитие его творческой природы.  Великий ученый утверждал, что человечество ждет «лучистое» будущее, когда нужные продукты питания будут вырабатываться в организме человека под лучами солнца,  и он не станет тратить так много усилий на обиход собственного тела, удовлетворение материальных потребностей. 
Социальный статус человека, его образовательный уровень существенным образом влияют на содержательную характеристику обыденного образа жизни.  Высокий уровень образования  субъекта обыденности во многом определяет иную специфику: исчезает информационное однообразие, отсутствует тотальная сосредоточенность на себе, нет необходимости в повсеместной развлекательности всего свободного времени.  Одновременно наличествуют интерес к серьезной книге, эстетический вкус и стремление наиболее полно реализоваться, социально активизироваться, быть  небезразличным к общественным проблемам.  А в итоге – в процессе подобного образа жизни формируется индивидуальность, которая позволяет преодолевать узкие рамки обыденности и продолжать себя в творческом самовыражении, обновлении культуры [108, с. 339; 274, с. 68–69]. Подобный вариант позволяет человеку подняться не только на первый уровень творчества, но иногда в определенной мере достигать второго. Незначительная социальная статусность и низкий уровень образования резко изменяют содержание обыденной среды обитания человека.  В подобном обыденном бытии нет места высоким духовным потребностям, своеобразию поведения, креативности, моральной и нравственной безупречности.  Ему присущи: консервативность мышления, подвластность стереотипам, рабская зависимость от диктата моды, постоянное чтение низкопробной литературы, невариативность общения, безраздельная власть здравого смысла, стремление к мещанскому идеалу – «быть как  все», «чтобы было не хуже, чем у других», мечты о сладком постоянном ничегонеделании.  При данном реестре характерных черт  в образе жизни человек превращается в раба обыденщины, неспособного преодолеть мелочность своей натуры, тщеславие, зависть, интеллектуальную слабость, трагизм рутины и каждодневной монотонности.

культуросозидающая сущность философского образа жизни - монография Лысенковой В. В

С возрастом потребность в стабильности обыденной среды и обыденного образа жизни возрастает, так как увеличиваются бытовые обязанности, усиливается необходимость в восстановлении сил от трудового переутомления, поскольку в организме все больше накапливается изнуренность, многих одолевает синдром хронической усталости, появляются болезни.  Ведь каждые сутки две трети землян хронически недосыпают, что отрицательно сказывается на здоровье и, как показывают исследования, часто провоцирует техногенные катастрофы.  Юношество и молодежь в большей мере сориентированы на проведение досуга вне дома в компании сверстников, за исключением тех, кто предпочитают компьютерные занятия.  Взрослые  же ратуют за возможность отдохнуть в сфере обыденного пребывания, снять трудовое напряжение, удалившись от агрессивного прессинга общественной среды, многочисленных необязательных  контактов, чтобы подготовиться к решению задач следующего рабочего дня.  На современном этапе во многом наблюдается возрастание роли обыденности до ранга гиперсферы.  Постоянное стремление уединиться в своем интимном мире приводит к сужению и деформации систем общения, утрате культурного стержня и креативности, индивидуализму, поверхностному отношению к сложностям миробытия.  
Небезынтересно в этом плане философское эссе Н. Дьяченко «Хатній космос» [71, с. 5], где многогранно представлен генезис философского мышления и весь жизненный путь  – преодоление власти обыденщины.  Автор рассматривает шаги зарождения философичности духа, экзистенционального мироощущения, возникновения философского интереса к разнообразию бытия у маленького ребенка.  Малыш, одиноко сидя долгие годы дома взаперти из-за занятости мамы на сельскохозяйственной работе, детально изучает все, что его окружает: слушает ветер, звуки сверчка, шум дождя или любуется солнышком, заглядывающим в небольшое окошко сельской хаты.  Яркие цветы во дворе, песни матери, ее любовь и забота, теплота и ласка пожилых людей по отношению к ребенку − все это формирует его сознание в «сельском социуме» [71, с. 92].  Столь выразительные детерминанты заложили с самого раннего детства основы любви к сельскому укладу жизни, с его основательностью традиций и устоев.  Становление гражданственности происходило в тяжелейшие годы народных испытаний – в годы Великой Отечественной войны, в период немецкой оккупации. Оно во многом определило специфику духовного развития этого поколения, которое называют «дети войны».

Один ребенок, днями сидя взаперти, постоянно умирает от страха, что какое-то чудище придет и съест его, другой – воспринимает подобное состояние с обидой на судьбу и бунтарски противится или озлобляется.  А тут описаны истоки сосредоточенного восприятия жизни, когда от внимания к обыденным вещам и явлениям, тесного «общения» с ними ребенок приходит к философскому благомыслию, глубокому интересу к окружающему миру.  Показано, как сопоставляя, сравнивая, мысленно препарируя сложные процессы, дитя сосредотачивалось, углублялось в познании, приобретало острую наблюдательность и проницательный ум.  Очень ценна фиксированность генезиса философского алгоритма мышления.    Впечатления детских лет запали в душу, закрепили потребность постичь сложности бытия, для себя уяснить возникающие ассоциации, апробировать значимость личных впечатлений, не выпасть из будущего. В ранней юности опыт анализа окружающего мира был подкреплен моделью первой профессии – гидрометеоролога.  После окончания техникума, в Карелии, приходилось каждый день «мерять» километры для снятия показаний с приборов.  Тогда в разное время года были незабываемые встречи с чарующими красотами северного края.
На склоне лет необычайно ценна потребность автора обратиться к своим духовным истокам, к своему «жизненному старту»,  воспроизведению «памяти сердца» [71, с. 7, 118]. Она выступает как тонкая подача величайшего респекта к «рідній істоті» [71, с. 92],  что, по словам Петрарки, есть движение к «меду поздней мудрости». Обычно возраст клонит к покою − мудрому или немудрому, утомленности, меланхолии, снижению творческой энергии, пассивности, а у автора исследование детского интереса к деталям прошлого, сельского быта является не только модернизацией оптимизма, но и обоснованием интеллектуального прорыва. Столь нежные, лиричные воспоминания о корнях духовного и душевного мужания особо востребованы сейчас, когда морально-нравственные основы жизни поколеблены и обесценены.  Стойкой тенденцией стало то, что современным юношеством не приобретаются навыки деликатных отношений, этикетного общения, преобладают бравада, цинизм, неуважение к старшим, у студентов – игнорирование социального статуса преподавателей, неприятие норм вежливости.  Морально-культурное разложение молодого поколения приводят к существенным социальным противоречиям в ценностно-нормативной и мотивационно-целевой сферах, утрате смыслообразующих факторов, нравственной эрозии всего образа жизни [147]. 
В этом потоке социальных изменений последних десятилетий обыденный образ жизни особо примитивизируется, где  игнорируются нравственные и слабые, выражается предпочтение безнравственным, но сильным.  Отмеченные проявления обыденного образа жизни дают возможность вычленить его структурные элементы.  В нем наличиствуют бытовая деятельность, каждодневное общение, повседневные отношения, обыденное сознание, обиходные ценности, традиции и нормы.  Данные ингредиенты манифестируют компенсаторную, коммуникативную, регулятивную, мировоззренческую и праксиологическую функции.  Последняя – это решение стандартных жизненных задач, без углубленного постижения сущностных слоев бытия.  В далеком прошлом недостаточность подобных позиций и повлекла за собой возникновение теоретического уровня познания.  Именно он и в философском ракурсе наиболее полно удовлетворял познавательные потребности человека и общества.

культуросозидающая сущность философского образа жизни - монография Лысенковой В. В

На различных исторических этапах  философское познание укрепляло свои основы за счет организации соответствующего образа жизни. 
В нашем понимании философский образ жизни – интегратор интеллектуальных усилий и устремлений мыслителя, аккумулятор его высокочеловеческих принципов и добросердечия, самоактуализатор парадоксализма его мышления, акцентизатор проблематизированного подхода к бытию, нейтрализатор повсюдных разрушений амореев.
На примере жизни и творчества многоталантливого, плодотворно креативного философа, яркой личности – австрийского ученого Л. Витгенштейна (1889–1951) – отмечаем целенаправленную  организацию им своего образа жизни.  Обыденные процессы совершались так, чтобы была возможность уделять как можно больше внимания научным и философским занятиям. Кроме философии, он интересовался изобретательством, воздухоплаванием, совершенствованием реактивных двигателей, математикой, архитектурой, музыкой.  В различные периоды своей жизни   Витгенштейн на длительное время уединялся, живя в Норвегии, где перед Первой мировой войной построил себе хижину в безлюдном месте.  Именно это время было исключительно интеллектуально активным [170, с. 13].  Позднее, участвуя добровольцем в военных операциях на Восточном фронте, попал в плен.  И даже тут интенсивно работал над своим «Логико-философским трактатом».  Эти годы были кризисными для него, сложными по многим причинам [170, с. 17, 166].  Архиважным оказалось знакомство с творчеством Л. Толстого.  Особенно ценил «Хаджи-Мурата», «23 сказки», отмечая философскую сущность его произведений [170, с. 49].  Среди сочинений Ф. Достоевского наибольшее влияние на него оказали «Записки из мертвого дома».  После  возвращения с войны и смерти отца   Л. Витгенштейн отказался от большого состояния, перераспределив его между сестрами и использовав свои деньги на меценатство.  Всегда обыденная сторона его образа жизни отличалась простотой, умеренностью и даже аскетизмом: в одежде, питании, оформлении жилища.  В его квартире все сверкало необыкновенной чистотой, идеальным блеском и постоянным порядком. Философ славился высокими требованиями к гигиене одежды и жилища даже в период разрушительных войн  XX века.
Оказавшись в Англии, тяготился английским стилем жизни, задыхался в обстановке академической рутины Кембриджа.  Посетил СССР. Эта поездка его очень вдохновила.  Подумывал даже о переезде туда на постоянное место жительства [170, с. 24]. Но в 1948 году вновь предпочел уединенную жизнь в сельской местности в Ирландии, где общался только с простыми рыбаками.
Будучи человеком мощной силы ума, ответственным, долженствующим, исключительно серьезным, ограничивал свои знакомства, но с близкими друзьями оставался сердечным и откровенным.  Во время своего учительства в глухих селах Австрии подкармливал учеников из бедных семей, ежевечерне поднимаясь высоко в горы с рюкзаком еды за плечами.

культуросозидающая сущность философского образа жизни - монография Лысенковой В. В

Лекции в университете читал без всякой видимой подготовки и предварительных записей, будучи уверенным, что иначе они потеряют свою ценность, для студентов исчезнет открытость рождения творческой мысли.  Создавалось впечатление, что именно в ходе беседы с ними делаются философские открытия, раскрывается его видение философских проблем, постигается истина.  Слушатели подпадали под влияние его «мыслительного процесса, исключительной глубины, силы и концентрации» ума [170, с. 34].  Находясь в постоянном умственном напряжении, требующем сосредоточения интеллекта и воли,  Витгенштейн предельно упрощал свой быт, систему своего питания, избегая суеты и многослойности хозяйственного уклада. 
В 1942 году длительное время работал санитаром и лаборантом в английских госпиталях. Утверждал, что долг каждого порядочного человека всемерно помогать страждущим в столь трудное для страны время.  Очень сожалел, что от усталости после работы в лазарете не может заниматься философией.  Питание в этот период было очень скудным, но        Л. Витгенштейн воспринимал эту ситуацию как единственно возможную и никогда не брюзжал.
Будучи взыскательным к себе, чрезвычайно пунктуальным, требовал того же от других.  Выражал неудовольствие по поводу опоздания слушателей на пару минут на его лекции.  Умирая, отметил, что прожил превосходную жизнь. Это вызвало большие сомнения у автора воспоминаний [170, с. 96].  На наш взгляд, при всех трудностях, выпавших на его долю, тяжких испытаний во время Первой мировой войны, а также долгие годы депрессии и терзавших его мыслей о самоубийстве, жизнь  Л. Витгенштейна была значительно благополучнее, чем у многих философов, претерпевших нищету, предательства, изгнания, многолетние пребывания в тюрьмах, восхождения на эшафот.  У него были стабильное материальное положение, родительская семья, любящая мать, много братьев и сестер, интересная работа, возможность удовлетворять свои потребности в интеллектуальном труде – все это для философа значит многое.  Важно также отметить проявление творчества во все периоды работы во многих областях знания, а в наибольшей мере – в философии.  Разнообразие свойств его натуры, обширная самореализация, сохранение жизни в годы двух мировых войн – все это вехи его успешной биографии.
Вспомним, что и Эпикур перед смертью говорил о счастливо прожитой судьбе. Хотя в старости долгое время был прикован к постели. Неподвижность рук также усложняла ситуацию. Ученики на занятия его вместе с креслом выносили в сад. И он не забывал им повторять, что философия –  это средство победить страх.
Для сравнения вспомним вынужденную смерть Сократа, муки Д. Бруно, двадцатисемилетнее тюремное заточение Т. Кампанеллы,  преследования Вольтера, Дидро, многолетнюю эмиграцию А. Герцена и Н. Огарева, каторгу Н. Чернышевского, десятилетнюю ссылку Т. Шевченко без права писать и рисовать, ярлык сумашедшего у П. Чаадаева, унизительное пожизненное нищенство И. Франко, двадцатипятилетнее вынужденное странствование Г. Сковороды  и так далее. И придем к выводу, что благоустроенности почти ни у кого из философствующих,  за редким исключением, не было и не бывает, тем более, когда речь идет о большом таланте и гениальности. В этом варианте зависть, наветы, ложь, интриги, травля, поклепы перерастают в гигантских размеров преступления, за которыми стоят уничтожение культуры и стремление истребить ее носителей.  Поэтому заключение Л. Витгенштейна о превосходно прожитой жизни свидетельствует о реальной оценке им условий собственной деятельности и знании сурового удела своих коллег.  А в целом приходится констатировать его успешную самореализацию, учитывая, что профессиональные занятия философией – не только нелегкий, но и часто социально опасный для здоровья труд.

Слой обыденного в   философском  образе жизни – это минимальное образование, сведенное к каждодневной наименьшей  обязательной хозяйственной обиходности, в котором  отсутствует философская всеобъёмность творчества. Выявленные его показатели  санкционируют их обозначение как социокод. Исходим из формулировки, что код (code-фр.) – система определенных правил и совокупность знаков, при помощи которых информация может быть представлена в виде набора символов [222, с. 314]. И определяем, что философский образ жизни − целостная система констант, направленных на создание приемлемых условий для психологического и интеллектуального равновесия и творческого разрешения философом  актуальных для общества задач.
Каждый мыслитель создает свой кодекс индивидуальной партикулярности, чем стремится обеспечить себе креативный режим по созданию смыслозначимого. Утверждать, что  обыденный образ жизни по всем параметрам деструктивен, несостоятельно.  Он по своей сущности имеет другого содержания функции, обслуживающие иной уровень повседневных потребностей и интересов.  Обыденное сознание, как составная часть обыденного образа жизни, не ориентировано на глубинные постижения разного рода проблем, вскрытие их закономерностей и постоянную творческую  погруженность в осмысливание тайн бытия.  Его выводы менее глубоки, чем у научного и философского сознания, узки способы отражения.  Люди в  обыденности чаще всего абсолютизируют повседневный опыт с его обманчивой видимостью вещей, властью  кажимостей без точного научного знания, а со временем в нем аннулируется всякая креативность. 
Пагубно, когда человек живет только законами обыденного, с его усеченной духовностью, невариативным общением, внутренней отстраненностью от общественных процессов, постоянным существованием только в «пределах домашнего обихода», на всемирной обочине. 
Утверждения некоторых философов 60-х  годов XX века о тенденциях исчезновения обыденной сферы  не оказались состоятельными, подобные прогнозы не оправдались. Да они и не могут подтвердиться  в связи с тем, что сфера потребления обслуживает насущные надобности человека, она неизбывна, пока он существует.  Другой полюс уже современного дискурса, состоящего в абсолютизации обыденной сферы, декларирует убежденность: чем больше человек потребляет, тем более интеллектуально богатым он становится.  А это вызывает очень большие сомнения. Шопингомания никого пока в ньютоны не превратила.  Данное положение отчасти верно по отношению к интеллектуальной элите постиндустриального общества, постоянно осваивающей новые информационные продукты.  Но все остальные – в погоне за символами высокого социального статуса, поклонением консюмеристким ценностным приоритетам, удовлетворением «ложных потребностей» (Г. Маркузе), боготворением мамоны, – нищают духовно.  Всечасно обладая, или стремясь обладать, – некогда быть!  Быть духовно благородным, радостно самозабвенным в творчестве, являть миру свой эвристический потенциал [235, с. 199].

На основе сказанного констатируем, что обыденный образ жизни содержит внутренний комплекс социальных установок, обеспечивающих решение вопросов, стоящих перед человеком в каждодневных пределах, отстраняя его от адекватной самооценки и смыслосозидания.
Философы наших дней провозглашают необходимость поднять средствами философии уровень повседневности, помочь прожить ее лучше, обновить способ понимания ценностей. Итальянский философ Н. Аббаньяно (1901–1990) был уверен в том, что мудрость философов должна содействовать правильному выбору в сложных социальных ситуациях [1, с. 7, 24]. По его мнению, человек остается незавершенным, в течение жизни он поднимается по ступеням совершенствования или опускается все ниже. Философии необходимо ориентировать его на выживание, преодоление заземленности духа. Предназначенность философии – не в создании философских схем для философов-профессионалов, а в помощи обеспечения жизненной стойкости людей. Современный скепсис по отношению к философии показывает, что на предыдущих этапах она не  вполне осознавала свое предназначение. Автор считает, что в сложных, часто конфликтных условиях жизни, человек не может выжить без минимума мудрости. Именно философия должна поддерживать людей в тревогах и отчаянии [1, с. 23].
По завершению сравнительного анализа образов жизни необходимо отметить, что обыденный – объективно необходимая сфера, где происходит требуемая смена психофизиологических состояний человека, стабилизация резервов выживания, удовлетворение каждодневных материальных потребностей, где в той или иной мере стремятся достичь умиротворения.  Но он характеризуется абсолютной властью инерционного здравого смысла, обыденных норм и стандартов, предопределяющих целенаправленное и повсеместное применение манипуляционных технологий [45, с. 232].
В повседневной обыденности с ее узкопрактичной деятельностью, лишенной подлинного креатива, господствуют «легкомысленный оптимизм» (Г. Марсель), отсутствие интереса к «высоким и тонким материям», отстраненность от сложных перипетий времени, неоформленность стремлений в стройную систему.
Взаимосвязь обыденного образа жизни и философского постоянна, но минимальна, так как они руководствуются различными реестрами ценностей.  Мыслители не приемлют склонность людей давать примитивные ответы на замысловатые вопросы, леность их мысли, нежелание воспринимать сложные процессы и явления, проникать в их сущность.
Философский образ жизни способствует развитию креативности сознания, стабилизации конструктивного мышления у людей высочайшей интеллектуальности – авгуров, формированию высоконравственных идей, парадоксальной свежести мысли, возникновению утонченных духовных порывов.
В связи с этим у нужно расширить рамки философского образа жизни для увеличения значимости его ценностной шкалы субъектом обыденного образа жизни, для будущей философизации социума.





Заключение

второй главы


Богатый арсенал разновидностей образа жизни демонстрирует яркую панораму их вариантов развития и функционирования. Выявляя общие черты, необходимо не забывать о специфичности каждого из них. Литературно-публицистический, научный, художественный и философский создают среду для творческого самовыражения. Как показал анализ, чем в большей мере каждый из рассмотренных образов жизни содержит существенные философские компоненты, тем значительнее осуществляется в творчестве формирование «могущества гармонии» (А. Блок). Без нее неминуемы противоречия между обществом и деятелями гуманитарной сферы. Причем, историческая ретроспекция выявляет наибольшую разрушительность последствий такого конфликта для общества (И. Франко – Бадени, Микеланджело – папа Римский Павел   III, Г. Сковорода – Е. Шербинин). Неприятие великого эстетического креатива высокой духовности творцов прекрасного, с изяществом преодолевающих законы времени, воссоздает моралите – предостережение погрязшему в грехах человечеству, предопределение его длительного прозябания в серости, в эре бессмыслия, без устремленности «в прекрасное далеко».
Творцы, демонстрируя ограниченность эпохи, философской проникновенностью своих произведений постепенно помогают преодолевать дисгармоничность общественного бытия. Принципы их образа жизни воспроизводят слова Гете о том, что создавать великое, можно только умея ограничивать себя. Величайшая балерина Г. Уланова, подводя итоги жизни, констатировала, что, находясь длительное время наедине с самим собой, можно создать что-либо значительное. Именно при этом условии проявятся честность и объективность. Образ жизни вводит в продуктивное состояние, обеспечивает оптимизм и акмеологические перспективы. Благоприятные отношения в семье, среди родственников и друзей в значительной мере повышают EQ (коэффициент эмоционального интеллекта) и в зрелом возрасте, поднимая самооценку, обеспечивают эмоциональную устойчивость. И это соответственно сказывается на результатах творчества. Психика любого человека, а в наибольшей мере – созидателя, содержит большие ресурсы. Они при благополучных условиях  позволяют в сложных эвристических ситуациях увеличивать мотивацию, выбирать из многочисленных проявлений жизни  значимые детали, точные формулировки мыслей, развивать дар видеть не только частности, но и одновременно воспринимать их комплексно. Образ жизни Мастера – это его авторское проживание в ситуациях бытия, нежелание пользоваться чужими сценариями. Философский подход к обилию тонкостей и нюансов функционирующего мира – копилка для таланта любого художника. Для него философский поиск – это способ определения смысла человеческих отношений, задач искусства, сущности собственного таланта. Большой художник не может не быть персонифицированной личностью, обгоняющей время, философски осмысливающей стилевую целостность   и социальную предназначенность своих творений.

Образ жизни призван восполнять силы для того, чтобы композитор мог обеспечивать безупречность музыкального стиля, литератор – несравненное изящество слога, художник – эстетическую изысканность воплощения своего замысла, ученый – порадовать долгожданной красотой истины, философ – филигранью всеохватности и так далее.  А все вместе – эталонность восприятия и творения прекрасного. Философское обмельчание искусства порождает пустоцветы, не способствует осознанию перспективных идей. В итоге не дает возможность почувствовать и  увидеть глубинную структуру фактов, а только воспринять их калейдоскопично. Образ жизни деятеля искусства своей философской достоверностью способствует свежести впечатлений, удивительному восприятию, упоительности чувств, бодрости духа, ясности ума.
Литературно-публицистический образ жизни позволяет публицисту-литератору все силы направлять на искоренение скверны каждодневности. Он своими средствами нацелен на помощь в ежечастном реагировании прогрессивного таланта на бесчинства несуразностей и непотреб социума. Ориентир на поддержание личной ответственности перед обществом, умение искать и находить пути  решения тактических задач, в итоге, сподвигают  на стратегические. Его ценностный реестр: сила духа, боевитость, смелость, отвага, быстрота эмоционально-интеллектуальных реакций, готовность и способность свой дар применять не только в конкретике на злобу дня, но и на философских глубинах реагирования. Подобный образ жизни – это годы каждодневных испытаний. Защищать передовое – дело нелегкое. Оно требует быть отважным там, где другие лишь упрямы, изобретательным там, где другие лишь используют чужие изобретения. Здесь важна существенная философская составляющая.
Литературно-публицистическому, философскому и научному в наибольшей степени противостоит обыденный образ жизни по своему характеру, функциям и предназначенности. Человек преобладающей обыденности имеет заниженный ранг духовности. Он не способен учитывать того, что общество не строится на «истинах» здравого смысла и потоке сумеречного бессознательного. Не может сориентироваться в том, что общественное бытие чаще всего опирается  на свои объективно-истинные законы, научно исследуемые и доказуемые. Обыденная людская нравственность в определенной мере составляет контраст философски наполненному самобытию.
При преобладающей в обыденном сознании поглощенности предметным миром все сложнее становится его философски обогатить. Если еще Сократ сокрушался, сколько у людей лишних вещей, то сейчас степень затоваренности вещами возросла многократно. Возник мощный парадокс: элементы материальности призваны освобождать человека от репродуктива, а они тотально поработили его дух и душу и продолжают низводить их до химеры.  При таком положении образ жизни не создает творческого настроя,   не выводит к эвристическому проявлению человеческого «Я». В большинстве случаев, руководствуясь установленными стандартами, предрассудками, обыденное сознание пренебрегает философией, предрекает невостребованность философской мудрости, высказывая удовлетворенность своим уровнем понимания мира. Если философ, рефлексируя, ищет неочевидное в очевидном, то человека обыденного образа жизни неочевидное настораживает, беспокоит необходимость предстоящего сложного познания, потому что в структуре обыденного нет компонента активного гносеологического настроя, а очевидное выводит уже на постигнутые контуры бытия [154].

Научный образ жизни настоящего исследователя ориентирует на верность поисковому процессу. Отвергает удобную конъюнктуру, погоню за внешним успехом, суетливое опережение других в очереди за наградами. Он помогает не растрачивать талант, отклоняя нивелировку проблем. Научное творчество как самобытие ученого пронизано его личностной сущностью. Поэтому для изыскателя затруднительна возможная волнообразность творческой активности: периодов радостных озарений, эвристических находок перемежанием моментами ее спада. Важно, чтобы в подобных ситуациях присутствовало ко всему философское отношение, понимание ее естественности. Когда силы на пределе после изнурительных изысканий, мозг тормозит активность. При всей сложности положения, мужество не должно допускать возникновения неверия в свои силы, пессимизма, сомнений. Профессиональная состоятельность значимого деятеля науки – итог длительного жизненного пути. Образ жизни манифестирует, что способности не были пущены на ветер. Они были использованы на обеспечение развития науки, продуктивных междисциплинарных связей и совершенствование  философско-методологических основ познания. Научный и философский образ жизни близки высоким служением истинному знанию и целеустремленным выполнением эпистемологической миссии. 
Мыслитель, постигая вектор исторического времени, стремится сформировать в себе философское благородство, высокую культуру чувств и ума, прилагая все силы, чтобы воспрепятствовать обесцениванию иерархии духовности, с позиций инициативной ответственности  преодолевать парадоксы бытия. Образ жизни великих мудрецов часто наполнен не только большими трудами, поиском идей, бескорыстным радением за добро и истину, но и противостоянием диктату агрессивной никчемности. Перенесенные жизненные испытания забирали много сил, но и давали толчок новому витку раздумий, обращали к иному видению происходящего, по-другому отражали многоликость человеческих душ и всего социума.
Философский образ жизни предназначен для углубленного видения сложностей окружающей действительности, перспектив человеческих возможностей и их временных пределов. В атмосфере философского образа жизни должно преобладать приятие добра, чтобы расчеты, черствосердечие не убили талант, не переродили его в примитивное ремесло. Философский образ жизни – это внутренний диалог с духовным миром иных мыслителей, сверка своих жизненных параметров  с их философскими устоями. Широко простирающаяся в философском образе жизни эвристичность – радость открытия, когда качественно изменяются общепринятые положения, вводятся принципиально новые понятия, преодолевается унифицированность мыследействий. Это наполняет душу философа чувством удовлетворения, помогает найти путь дальнейших изысканий.

 

Философский образ жизни, наиболее безупречно выраженный Г. Сковородой, являет нам преобладающие в нем черты: внутреннюю честность перед собой, следование высоким морально-нравственным нормам, неиссякающую эвристичность. Не уронив себя, он следовал всю жизнь философской преданности неизведанному. Не мечтал о собственном благополучии, видя повсеместную униженность народа. Он преклонил свою жизнь перед великим добром, веря, что его вклад весом и окажет существенное влияние на преодоление зла.
Высокая предназначенность философии и искусства – в нахождении будущих направлений своего развития, в чем заметную помощь оказывает философский образ жизни.        

Лысенкова Владлена Витальевна

кандидат философских наук, доцент кафедры философии и политологии

Харьковской государственной академии культуры.

1.1. Понятие «Образ жизни». Философский образ жизни и его структура

1.2 Культуросозидающая сущность философского образа жизни (монография) Глава 1, 1.2.

1.3. Философ как системообразующий субъект философского образа жизни

1.4. Полифункциональная природа философского образа жизни

1.5. Ролевые характеристики философского образа жизни

Введение и заключение Гл.1 монографии Лысенковой В.В.

2 Культуросозидающая сущность философского образа жизни Глава 2 (монография)

2.1 Бытийный путь философа (Культуросозидающая сущность философского образа жизни Глава 2 (монография))

2.2. Философский и научный образ жизни

2.3. Философский образ жизни и поле социально-активного действия (монография)

2.4. Система философских и художественных координат образа жизни (монография)

 

 

 

- философский анекдот про смысл жизни вместо эпилога:

Умер мужик, попал в рай. Стоит у ворот, спрашивает апостола Петра:
— Петь, слушай, вопросец один можно, прежде, чем зайду?
— Валяй.
— Слушай, а вот в чём был смысл моей жизни?
— О, хороший вопрос. Помнишь, в 88 году в командировку в Краснодар тебя послали?
— Ну да!
— Жарко ещё было так, и ты после Воронежа в вагон–ресторан пошёл?
— Ну да, вроде.
— А там еще все столики заняты были и только одно место, рядом с девушкой, свободное?
— Ага, точно!
— И вы сидели так, и она еще соль тебя попросила передать? И ты передал?
— Да, точно, передал! Ну? – Вот.

 

Пофилософствовать самостоятельно

на тему философского и обыденного образа жизни можно тут

 

Comments:

 

Добавить комментарий

Будьте вежливы и ненавязчивы.
Будьте добры и будьте счастливы!


Защитный код
Обновить

bengal cat


Поделиться

Спасибо за поддержку!

Авторизация

Мы рады Вас видеть на нашем сайте

До новых встреч!




Может быть интересным:

Другие статьи, материалы...


Яндекс.Метрика
orjinal elektronik sigara joyetech evic vt joyetech dunyasi