2.3. Философский образ жизни и поле социально-активного действия (монография)
 

482 развлечения для ума

аматорский информационный портал

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Титульная страница Интересные факты ( музеи и зоопарки мира, путешествия, прошлое, настоящее, будущее) Философия 2.3. Философский образ жизни и поле социально-активного действия (монография)

2.3. Философский образ жизни и поле социально-активного действия (монография)

Печать

- анекдот про соломинку и коктейль вместо эпиграфа:

Когда человек хватается за соломинку, не торопитесь ему помогать: может
он просто пьет свой коктейль.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Культуросозидающая сущность философского образа жизни

(монография)

Глава 2

 

2.3. Философский образ жизни и поле социально-активного действия

 

Изучение качественных характеристик философского образа жизни продуктивно при его сравнении с литературно-публицистическим образом жизни,

ярким представителем которого в украинской культуре является И. Франко. Неординарность личности этого публициста, писателя, мыслителя,

его жизненного пути и образа жизни заставляет преклонять голову перед неукоснительным следованием выработанным идеалам  и мужеством великого Каменяра.  Большая продуктивность мастера характеризует его как социально активного творца, славящегося чувством величайшей ответственности за судьбу Украины.

Внимание к личности гения украинской культуры не иссякает уже второе столетие

(М. Драгоманов, О. Маковей, М. Захарченко, М. Климась, О. Лысенко, И. Хмар  и  др.).

Многогранная натура Ивана Яковлевича, разнообразное творчество, напряженнейшая поэтическая, писательская, публицистическая, редакторская, переводческая, общественная деятельность характеризуют его образ жизни как  уникальный [92].  Он, будучи человеком величайшего интенсива, явил необычайно насыщенный и продуктивный образ жизни, но по некоторым параметрам отличающийся от философского. 
По количеству талантов И. Франко сравнивают с титанами эпохи Возрождения, что, безусловно, не вызывает сомнения.  Этот образ жизни полностью подчинен замыслу единения украинского народа, его освобождению от социального гнета и является для многих неподражаемым примером стойкости.  Рассматривая этапы жизни овеянного славой писателя и мыслителя, мы эксплицируем приоритеты такого образа жизни.  Наиболее исчерпывающее понимание данных особенностей одновременно помогает уяснить константы и коннотации философского образа жизни.  Их классификация нами осуществляется по предмету основного вида деятельности, что дает возможность наиболее сущностно постичь их преференции.
По словам Гете, человек умирает не от истерзанности болезнями и несчастиями, а когда перестает источать благодать [110, с. 39].  С этой мыслью великого немецкого классика был согласен и Л. Толстой.  Нам представляется, что исчезают силы дарить людям благо, утрачивается креатив для их созидания.  Все внутренние резервы ушли на преодоление жизненных трудностей, отстаивание своей чести, добротворчество, стоические позиции, сдержанное и героическое благородство. Ранее сказанное имеет непосредственное отношение к жизнетворчеству И. Франко (1856 – 1916).
Биография этого великого украинского писателя, мыслителя, «академии одной личности» была полна не только лишений, жесточайших ударов судьбы, глубоких разочарований, но и великолепных взлетов духа.
Жизненный путь окончился в нищете.  Хоронили в чужой сорочке и в единственном, очень поношенном костюме.  Предавали его  земле в групповом захоронении не родные по крови люди: жена находилась на излечении в нервной клинике, сыновья – в австрийской армии, дочь – по другую линию фронта.  Шла Первая мировая война – 1916 год.  Затем через десять лет состоялось перезахоронение.  А в 1933 году на его могиле был установлен памятник, изображающий Каменяра, разбивающего скалу для построения новой жизни. Благодарные потомки увековечили память И. Франко, назвав его именем город, университеты, институты, улицы, театры, многочисленные библиотеки.  Создан мемориальный музей.
Напомним, что его перу принадлежит более ста рассказов, десяти повестей и романов, более пятнадцати драматических пьес.  В его собрании сочинений, изданном в 1966–1986 годах, представлены и переводы на украинский язык произведений мировых классиков: Гомера, Данте, Шекспира, Гете, Пушкина, Лермонтова, Золя, Мицкевича, Неруды и других авторов.  Переводами он начал заниматься еще в гимназии.  В 1878–1880 годы его переводные тексты составили серию книг для народа «Дрібна бібліотека».


Нужно отметить, что с самого раннего детства «злыдни» не обходили стороной круглого сироту.  В школе он проявил феноменальные способности, но испытал изуверское отношение учителей к себе и соученикам.  Был свидетелем ежедневных агрессивных преследований и издевательств преподавателей над учениками из бедных семей.  Унижения, насмешки, оскорбления личного достоинства детей, побои, натравливания их друг на друга оставили в душе на всю жизнь ненависть к угнетателям.  В школе и гимназии, которую окончил с отличием, поразительно много читал не только произведения художественной мировой литературы, но природоведческие, исторические, философские труды.
Наветы, доносы, высылка, тюрьмы за просветительскую и публицистическую деятельность не дали возможности завершить философское образование в университете, обрекли на пожизненную поденщину ради элементарного выживания семьи.  И даже, когда через пятнадцать лет он закончил философский факультет и написал диссертацию о политической поэзии Т. Шевченко, ее не приняли к защите.  Вторая диссертация в 1893 году была защищена.  Профессорский сенат избрал И. Франко на кафедру украинской и старорусской литературы.  Но галицкий наместник граф К. Бадени запретил ему заведовать кафедрой и преподавать,  аргументировав свой запрет тем, что человек, трижды сидевший в тюрьме, не может читать лекции в университете.  Надежда на материальное обеспечение семьи, на возможность сбросить с себя «ярмо барщины» ради куска хлеба, − как говорил Иван Яковлевич, − рухнула,  окончательно исчезла для человека, знавшего в совершенстве четырнадцать языков и обладавшего несомненными талантами. Времени для собственного литературного и научного творчества всегда было катастрофически мало.  Внутреннее эмоциональное, интеллектуальное и нервное напряжение не оставляло ни на минуту.  Летом часто приходилось еще заниматься и сельскохозяйственным трудом, чтобы помочь семье свести концы с концами.  Здоровье очень быстро ухудшалось.  Угроза слепоты из-за проживания в темной квартире стала не только реальной угрозой, но позже на длительное время лишила возможности писать.  С годами стал носить черную повязку на глазах.  Лечение не помогало.  На нервной почве контрактура рук и пальцев сделала его совсем беспомощным.  Но к тому времени не были еще исчерпаны резервы стойкости и мужества, и Франко приходилось диктовать тексты сыну Андрею.
Бесчисленное количество публицистических и научных изданий, в которых он сотрудничал в течение жизни или редактировал, руководил или основывал, изумляет: «Громадський друг», «Дзвін», «Молот», «Етнографічний збірник», «Наш театр», «Львівський театр і народна честь», «Друг», «Труд», «Слово», «Зоря», «Вік», «Ватра», «Правда», «Народ», «Життя і слово», «Записки», «Zeit», «Киевская Старина», «Северный курьер», «Літературно-науковий вісник» и другие [179, c. 607, 608]. Удивительны его титаническая  работоспособность, энтузиазм, с которым он начинал каждый раз издавать новый журнал после закрытия властью предыдущего.  Постоянно после изгнания из редакций за передовые взгляды искал новый печатный орган.  Поддерживала мыслителя верность прогрессивной идее просветить народ, защитить его от социальных невзгод.  Травля властей, интриги «соратников» в редакциях и политических партиях,  зависть, вызванная гигантской начитанностью и осведомленностью И. Франко в вопросах не только литературных, языковедческих, но и политических, экономических и обществоведческих, отравляли всю жизнь на протяжении долгого творческого пути. 
В значительной степени изнуряла борьба с мелкими дрязгами, мещанским вмешательством недоброжелателей в его личную и семейную жизнь.  Порождали негодование наглые попытки воспрепятствовать его научной, литературной и публицистической деятельности, последняя из которых очень часто велась совершенно бесплатно [124]. У злопыхателей возбуждала  ненависть и переводческая деятельность.  Его обвиняли в яром «москалефильстве» за стремление ознакомить украинцев с передовой русской литературой, произведениями ее ведущих классиков.  Переводы марксистской литературы вообще сделали его персоной «нон грата».  Когда И. Франко задумал баллотироваться в парламент, австрийские реакционеры и польские шовинисты провокациями и наклепами помешали избранию [255, с. 81]. Нельзя отрицать, что временами его посещали пессимистические настроения.  И это находило отражение в творчестве: сборники стихов «Мій Ізмарагд» (1898), «Із днів журби» (1900) отражают ощущение превышения эмоционального порога страданий, разочарование в анемичности украинского народа, интересы которого он, не жалея своих сил, всегда защищал.
И тем не менее, его труды в области археологии, истории, историографии, этнографии, фольклористики, языкознания, истории и теории литературы, экономики, ориенталистики составили славу украинской науки. Написано более пяти тысяч произведений,  со временем издано собрание сочинений. Необходимо констатировать величайше значимое новаторство Франко во многих жанрах: в гневно трагических повествованиях, где было жестко правдивое изображение зла и борьба с ним; в значительном вкладе в украинскую драматургию, в разнообразных сатирических произведениях, аллегорических сказках, притчах, фельетонах, книгах для детей.  В них отражены неповторимый колорит Украины и духовное богатство ее народа.  Его поэзия – «огонь в одежде слова». Все эти издания составили  нетленную славу национальной культуры. При жизни его сочинения переводились на немецкий, польский, чешский, русский языки. Беллетристическая, поэтическая, публицистическая, литературоведческая, общественная деятельность великого писателя не оставалась без внимания мировой общественности. В 1905 году украинский мыслитель был избран членом Чешского научного общества.  В 1906 году Харьковский университет принял решение о возведении галицийского ученого, исследователя Ивана Франко в степень доктора русской словесности. 
В 1916 году Российская академия наук наградила его премией за труд «Студії над українською народною піснею».  В начале ХХ века были напечатаны изыскания о его творчестве, где признание величайшей роли и громадных заслуг И. Франко в развитии украинской культуры отмечены были как несомненные.  Упоминалось его стремление достойно и глубоко реагировать на малейшие события в жизни украинского народа, желание поддержать его мужество и дух.  Значимы выступления писателя против социальной пассивности угнетенных, их самообмана, безрассудства и приспособленчества.  Сверхситуативный масштаб мышления, ориентир на смыслообразующий порядок, актуальную социоструктурность делали великого поборника интересов народа не только творчески значимым публицистом, но и мыслителем [255, с. 142, 144].  Его могучая саморефлексия, великое креативное самостоятельное начало, мощный интеллект, жертвенное служение интересам украинского народа предопределяли позицию оптимизатора духовной жизни того времени в стране, раздираемой внутренними и внешними противоречиями.  Философичность разнообразного творчества И. Франко несомненна.  Социальные и национальные проблемы украинского народа, его прошлого, настоящего и будущего, место его культуры в мировом наследии человечества пронизывают все творчество Каменяра [167].
Поэма «Моисей» (1905) носит сугубо философский характер. Вдохновила И. Франко на философское осмысливание проблем взаимодействия народа и вождей скульптура Микеланджело, изображающая библейского Моисея.  Вера поэта в будущее народа, способного со временем преодолеть апатию, неверие в свои силы, призыв к объединению для создания новой жизни звучат в знаменитом прологе-притче поэмы. Это обращение поэта к чести народа, ответственности за свою участь и судьбы будущих поколений, зов к защите своих социальных прав и отстаиванию свободы.
Постоянная напряженная умственная работа требует величайшей самоотдачи для выявления сущности своей принципиальной позиции. При обосновании причинно-следственных зависимостей у возникшей идеи, ежечасном нахождении в теме, поиски наилучшего варианта для построения нужной фразы существенна активность мысли.  Удивительно, как при таком драматичном образе жизни ему удавалось находить время и силы для обдумывания и создания своих художественных произведений.  Ведь для подобного дела востребовано вдохновение, особое состояние души для посещения «музы».  Построение фабулы, формирование образов, приведение в систему взаимодействия будущих героев предписывают усидчивую старательность.  Особой концентрации мысль, чувства, дух достигают в поэзии, ведь над каждым словом, строкой для мобилизации душевных сил своих, а потом – и читателя надо напряженно думать.  Еще лучше в поэтическом настрое длительно жить, чтобы достичь в стиле необходимых тональности и звучания [93].  Конечно, редакторский, издательский, публицистический труд давали массу впечатлений и многочисленные встречи с людьми помогали обрести новые сюжеты.  Все это затем преобразовывалось в художественные образы.  Но утомление от повседневного обязательного, интеллектуально насыщенного общения одновременно иссушало душу.  Кроме того, для активной публичной работы важно коммуникативное мастерство.  При этом неизменно востребованы корреляты – особая деликатность и тактичность.  А они тоже много значат для здоровья.  И жизнь постоянно спрессовывала события, неусыпно увеличивала число проблем, предписывая их быстрейшее разрешение.  Конечно, можно существовать и с нерешенными проблемами, но тогда основы для креатива почти нет.  К счастью, при таком насыщенном образе жизни, постоянном интенсиве сохранялась психическая мощь Франко.  Во внимании нуждались и самые близкие. При внутрисемейном общении с нервнобольной женой, беспокойстве о здоровье троих детей необходима была величайшая стрессоустойчивость. Психика жены от всех неблагоприятствований не выдержала такого темпа в образе жизни, сломалась, «ушла» в длительную болезнь. 
В мощном натиске событий, дрязг, преследований, социальных вызовов возможно было выстоять только при наличии жесточайшей внутренней дисциплины, ответственности и, конечно, при необыкновенной природной одаренности.  Она проявилась очень рано еще и в том, что, будучи совсем молодым, выбрал для обучения в университете философский факультет.  Обычно молодые люди гуманитарного склада ума чаще всего предпочитали филологический или исторический.  Обучение на них приоритетно формировало конкретность мышления, удивительную укорененность в фактическом материале, общем культурном и культурологическом ландшафте.  Позже, с возрастом, некоторые из них, движимые мощными творческими побудительными силами, «уходили» в философскую проблематику.  А его рано проявившийся аналитический ум уже в молодости позволял продуктивно ориентироваться в наслоениях австрийско-польско-украинских пертурбаций, в ходе глубокого поиска видеть перспективы развития антагонизмов, вычленять противоречивую последовательность изменений, препарировать их с позиций социологической науки [26; 46; 80]. В сложных событиях для Украины того исторического периода им двигала непререкаемая убежденность в крайней востребованности консолидирующей печатной трибуны для активного реагирования на текущие события [278, c. 97–102, 104, 105].  Она помогла преодолевать внутренние социальные раздоры и противостояния, акцентировала внимание общественности на трагической судьбе народа, создавала почву для неприятия унижающего присмыкательства, препятствовала гибели украинского языка, искусства и культуры [193, с. 293–295; 260, с.402–406; 264].

Постоянно образовывающееся напряжение в образе жизни с годами не позволяло превозмогать накапливающуюся усталость.  Трудно представить, как он, будучи еще не старым человеком, переносил свои тяжкие болезненные состояния, мучился своей беспомощностью.  Достигнув возраста интеллектуального мужания (он, правда, у всех наступает в разное время), оказался физически и нервно истощенным.  Частая внутренняя спешка, повышенная обязательность, неизменные стрессы и дистрессы, присущие публицистическому образу жизни, обессиливали, сеяли сомнения, порождали душевные борения.  Но осознание необходимости своей деятельности, ее роли в культурной жизни Украины давало силы для дальнейшей напряженной работы [180, с. 115].  Его образ жизни – это лишение себя многих удовольствий, больших и маленьких радостей.  И женитьба не по любви на своей соратнице, готовой содействовать ему в издательских и редакторских делах и в значительной мере помогавшей ему, выглядит не как прагматический, меркантильный ход, а как солидарное сотрудничество с близким по духу человеком.  Такое сотоварищество на первых порах увеличивало возможности разрешать различного рода проблемы, а затем в связи с серьезной болезнью жены умножило непреодолимость преград.
Жизнь И. Франко, несмотря ни на что, выглядит факелом, освещающим путь своему народу.  И даже, когда наступило разочарование в менталитете народа, он остался на высоком нравственном посту подвижничества [259, с. 14]. 
Мыслитель явно не воспринимал свою жизненную позицию как жертвенность, не действовал в позе ментора, а считал обязательной морально-нравственную линию образа жизни у порядочного человека, безмерно любящего свою страну.
Философский образ жизни по сравнению с рассматриваемым литературно-публицистическим не столь плотно насыщен событиями и ежедневной регламентацией.  Философу нет необходимости сиюминутно активно реагировать на ситуативные перипетии общества.  Он сориентирован на вечность, на глобальные изменения, выявление всеобщих закономерностей.  Все это предполагает некоторую отстраненность от ежедневной суеты, погруженность в общемировую проблематику.  Философу необходимо уходить от многих коммуникативных связей, вести более уединенный образ жизни.  Это не значит, что он менее проблематичный, сложный и опасный, чем у литератора-публициста.  Многие философы также страдали от интриг, наветов, предательств и травли властей.
Длительные заточения в тюрьмах, пытки, ссылки, изгнания, убийства, отравления сопровождали жизнь большинства из них.  Назовем только некоторых: Платон, Анаксагор, Бируни, Рудаки Абу, Т. Кампанелла, Д. Бруно, Д. Порта, П. Мирандолла, Сократ, Зенон  Элейский, Ксенофан и многие другие.  Доведены до самоубийства: Демосфен, Клеандр, Спевсипп, Диодор Кронос, Кондорсе, Аристотель, Эмпедокл, Демокрит, Лукреций Кар, Сенека.
Пожизненные преследования, эмиграция, каторга, ссылки были реалиями жизни У. Оккама, П. Чаадаева, В. Белинского, А. Герцена, Н. Огарева, Н. Чернышевского, Ф. Достоевского, Т. Шевченко и других.
Необходимо обозначить общность подобного реагирования государства по отношению к философам, мыслителям и к писателям.  Чем больше  деятели гуманитарной сферы осознавали социально-философские противоречия и способы их разрешения, тем яростнее и неутолимее их преследовали правительства.  Доносы, изгнания, нищенское существование, тюрьмы и т.п. становились «обычными» спутниками  жизни. 
Великим мученикам за идею: Д Бруно, П. Пестелю, Д. Каракозову, С. Перовской, Ф. Достоевскому, Т. Шевченко посвятил свои «тюремные сонеты» И. Франко.  Он говорил о них как о гигантах духа, как о людях, страдающих от нетерпимости общества к инакомыслию, как о существах высочайшей нравственной конфигурации, воплотивших в своей жизни лучшие героические черты.  Боль и сожаление по поводу их терзаний, страдание из-за их трагических судеб высказывает автор.  Явно можно предположить, что он экстраполировал подобные коллизии и на свою участь, с большой горечью осознавал, на что себя и своих родных обрекал и обрекает.
Публицистика – передовой рубеж в осмыслении общественных процессов и социальных антагонизмов.  В связи с этим ее представители часто вводят в обиход новые термины, которые затем анализируются наукой и философией.  В процессе апробирования, дальнейшего изучения термины превращаются в понятия и затем −  в категории.  А если публицист еще обладает и способностью глубинно осмысливать социумные противоречия, определять пути их разрешения, то его вклад в осознание общественного бытия неоценим [232].  Как мы уже рассматривали, к числу недавно появившихся и активно работающих не только в обиходе, но и публицистике относится определение – «самодостаточный» человек. Напомним, что, по нашему мнению, к его характеристике необходимо отнести: четкое осознание жизненных задач, самостоятельное построение стратегии своей жизни, определение тактики собственных повседневных реакций, способность бороться с жизненными ударами, стойкость в противостоянии драмам и трагедиям бытия, наличие высокого уровня психологической защищенности, отсутствие нужды в психологических «подпорках» со стороны других людей.  Все перечисленные атрибуты в полной мере присущи личности великого ученого и писателя И. Франко [91; 233]. 
Профессионально требуемая от публициста оперативность мышления, ответы на злобу дня, весомость результативных откликов на происходящие события философам не присущи.  Они в большей мере уходят в глубинные пласты рассматриваемых тем, сложное культуротворчество.

Но креативная настроенность, интеллектуальная свобода во имя аксиоматизации сознания общества востребованы и у тех, и у других.  Философский склад ума, конструктивное мышление, высокая духовность, преданное служение своему народу, содействие общественному, культурному и социальному прогрессу всей своей многообразной деятельностью причисляют И. Франко к сонму мыслителей.  Конечно, вести философский образ жизни он объективно не мог, обстановка требовала от него постоянно социальной, публицистической активности, соответствия требованиям сложного времени, ежедневного и ежечасного реагирования на факты произвола.  Он не мог оставаться в стороне от конкретных нужд и болей, тревог и страданий народа, остро ощущал свою востребованность на публицистическом «посту».  Для него было важно постоянно воздействовать на сознание людей своей мужественной позицией, ориентировать их на ценности высшего порядка и нравственного смысла.  Все это крайне уважаемые жизненные основы, которые реализовывались без аффектации, тщеславия и лицемерной скромности.
Философы свои неординарные суждения формируют в ином темпе, свой сильный личностный потенциал, ярко выраженную индивидуальность не подчиняют сиюминутным обстоятельствам, сохраняя интеллектуальную природу, работают на стратегию в поисках высшей мудрости жизни.
Ценностно-смысловые ориентиры и у философского, и у литературно-публицистического образов жизни едины, но стили их жизнепроявления различны.  У философов богатая внутренняя интеллектуальная жизнь требует внешней неактивности, у публициста – с точностью наоборот.  Как и выдающемуся писателю, так и креативному мыслителю, философу необходимы многоаспектное видение мира, лицезрение полиструктурной палитры жизни, громадный человеческий потенциал как устойчивое интегральное развитие [180, с. 180].  Предзаданность человека к великому социогуманитарному труду не только объективирована природными данными, но и системой воспитания, обусловливающей беспристрастную самооценку личности, непосредственным и опосредованным общением с неординарными мыслителями.  Так, И. Франко уже в гимназии начал собирать личную библиотеку.  В юные годы она насчитывала до пятисот книг, среди которых были труды на многих европейских языках.  Все эти факты свидетельствуют о раннем развитии личностно-волевых качеств, интенсивном процессе самоактуализации, энтузиазме жизни, глубоком осознании значимости опосредованного общения с гениями прошлого.
Сравнивая мысль Шиллера («Мессинская невеста») о том, что жизнь не есть высшее из благ, с образом жизни философов и мыслителей, приходишь к выводу, что безмерно ценя ее, многие, тем не менее, свое служение большой идее ставили неизмеримо выше, чем сохранение своего спокойствия и безопасности   существования.  Балансирование между неодолимой потребностью отстаивать истину и угрожающими опасностями для жизни было постоянным.  Правда, Гете настаивал на том, что жизнь важна сама по себе, а не ее результаты.  Образ жизни известных философов и мыслителей радикально опровергает гетевский постулат.  В результативности, плодотворности своей жизни они видели значимость служения лучшему будущему, способствовании его наступлению, явно не беспокоясь о своем бессмертии.  В этой титанической работе их вдохновляли примеры мученического бытия и неизменность идеалов великих предшественников.  По ним, по их ценностной шкале последующие поколения представителей философской мысли сверяли свои жизненные часы, цели и образ жизни.  Еще в Древней Греции истину ценили ради нее самой.  Преемственность верности ей проходит через века, страны, судьбы народов и вдохновляет исследователей на последующие интеллектуально-волевые подвиги во имя идеи совершенствования практики бытия.  
Дистанцирован от этой установки Г. Риккерт: «Философия остается теорией жизни, и если философ размышляет о ценящей жизни, то он не может хотеть реализовывать в себе эту жизнь в целом.  Скорее он должен ограничиться тем, чтобы в качестве философа жить теоретически ценящей жизнью» [204, с. 233].  Мы не готовы согласиться с этим, подобная позиция – предмет длительной полемики.  Констатируем: в своем образе жизни философ реализовывает «оценивающую жизнь» [204, с. 227].  Иначе он не в праве философски творить [204, с. 237]. В таком случае во имя чего теоретические терзания? Ради собственного тщеславия?  Ради «грызущей критики мышей»?  Его мессидж – не только новый уровень жизне- и миропонимания, но и его трансформация в сферу культуросозидания.
Философский и литературно-публицистический образы жизни   обладают как общими, так и особенными признаками.  К первому относим: харизматичность мышления, необычайно высокий коэффициент ответственности за принимаемые решения, требовательное отношение к себе, к целям и задачам своей жизни, эрудитная ориентация, вечная неудовлетворенность собой, диктат скоротечности времени. Кроме того: осознание крайней сложности в осуществлении задуманного, трудоголизм, использование различных способов противостояния  мерзопакостности, безграничной косности и гнусности общественного бытия, целенаправленная организация своего образа жизни и подчинение его основным задачам деятельности и творчества, преобладание аскетизма и неприятие «травоядно-растительного» существования, часто горькая и трагическая судьба изгоев и страстотерпцев.
Философский образ жизни подразумевает: пожизненную преданность философской проблематике, даже при изложении ее в художественной форме, преобладание уединения и опосредованного общения, служение системе великих ценностей.
Литературно-публицистический образ жизни – это система принципов, способов и форм организации автором бытийных процессов, обеспечивающих плодотворность литературного творчества и постоянной публицистической активности.
Литературно-публицистический образ жизни (по И. Франко): чрезвычайно жестко организованный график работы, высочайшая внутренняя дисциплина, неиссякаемый энтузиазм, активная реакция на острые проблемы сегодняшнего дня, перманентное обеспечение новизны в подаче материала, отстаивание своих мировоззренческих позиций, в то время когда предостаточно соблазнов пойти на компромисс.
Подобный образ жизни длительное время способны выдерживать личности сильного духа, неординарные, одержимые многозначимой идеей, составляющей сущность их жизненного назначения.
Представители философского и литературно-публицистического образов жизни никогда не считали приемлемым для себя ориентироваться на самонапускное величие и ложные вселенские амбиции.  Для них было одно жизненное кредо − особое подвижническое бескорыстие.
Анализ образа жизни И. Франко помогает вычленить авторские принципы организации бытийных процессов для определения направлений и способов философизации, актуальной для современного общества.

Лысенкова Владлена Витальевна

кандидат философских наук, доцент кафедры философии и политологии

Харьковской государственной академии культуры.

 

1.1. Понятие «Образ жизни». Философский образ жизни и его структура

1.2 Культуросозидающая сущность философского образа жизни (монография) Глава 1, 1.2.

1.3. Философ как системообразующий субъект философского образа жизни

1.4. Полифункциональная природа философского образа жизни

1.5. Ролевые характеристики философского образа жизни

Введение и заключение Гл.1 монографии Лысенковой В.В.

2 Культуросозидающая сущность философского образа жизни Глава 2 (монография)

2.1 Бытийный путь философа (Культуросозидающая сущность философского образа жизни Глава 2 (монография))

2.2. Философский и научный образ жизни

 

 

 

- анекдот про свидетельство о смерти вместо эпилога:

Диплом отличникам школы жизни вырубают на граните, остальным выписывают
свидетельство.

 

 

 

 

 

 

 

Пофилософствовать самостоятельно

на тему поля социально-активного действия можно тут

Comments:

 

Добавить комментарий

Будьте вежливы и ненавязчивы.
Будьте добры и будьте счастливы!


Защитный код
Обновить

bengal cat


Поделиться

Спасибо за поддержку!

Авторизация

Мы рады Вас видеть на нашем сайте

До новых встреч!




Может быть интересным:

Другие статьи, материалы...


Яндекс.Метрика
orjinal elektronik sigara joyetech evic vt joyetech dunyasi