Полифункциональная природа философского образа жизни, глава 1.1.4 (монография)
 

482 развлечения для ума

аматорский информационный портал

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Титульная страница Интересные факты ( музеи и зоопарки мира, путешествия, прошлое, настоящее, будущее) Философия Полифункциональная природа философского образа жизни, глава 1.1.4 (монография)

Полифункциональная природа философского образа жизни, глава 1.1.4 (монография)

Печать
культуросозидающая сущность философского образа жизни - монография Лысенковой В. В - анекдот про маленького Насреддина вместо эпиграфа:

Проходя мимо мечети, маленький Насреддин услышал голос муэдзина, призывающего правоверных с высоты минарета к полуденной молитве.

Возвращаясь домой и снова проходя мимо этой же мечети, Афанди снова услышал того же муэдзина, призывающего к вечерней молитве. 
Голос его звучал жалобно,
Афанди поднял голову вверх и крикнул ему:
— Эй, эй! Если сам не можешь спуститься на землю, зачем же забирался так высоко?

 

 

 

 

 

 

 

Культуросозидающая сущность философского образа жизни



Глава 1. Философский образ жизни как элемент образа жизни

 

1.4. Полифункциональная природа философского образа жизни

Фигура философа может служить отправной точкой в рассмотрении личности нового типа, уходящей от власти клише и шаблонов, уже не мыслящей себя совокупностью заданных обществом социальных ролей. Она стремится «нащупать» свой индивидуальный путь в жизни, подчас «опрокидывая» стереотипные сценарии судьбы, создать уникальный биографический проект на основе собственных потребностей, интересов и задатков. Именно такая личность, как считают многие исследователи, формируется в наше время, создавая принципиально иной мир вокруг себя, требуя от окружения и соответствующего отношения к себе. Некоторые ученые называют ее персоналистской (Е. Сурова), другие − персонализированной (А. Бондаренко). В данном случае подобное явление не приобрело еще стойкий терминологический контекст. Такой личности важно выстроить значимую для себя систему индивидуальных смыслов. Это крайне непростой процесс, ведь общеизвестно, что, будучи современниками в определенной системе летоисчисления в одной и той же стране, люди могут находиться на совершенно различных личностных «ступенях».

Список литературы

культуросозидающая сущность философского образа жизни - монография Лысенковой В. В

Но общество людей этого типа может возникнуть еще не скоро. Ведь велики препоны в образовании, воспитании, обыденном сознании. Человеку с нестандартным мышлением во все времена приходилось «пробивать себе дорогу». А это всегда не просто. Не являются исключением и наши дни. Хотя необходимость изменения отношения к жизни, ценностям, постулатам постепенно будут способствовать увеличению числа «жизненно-авторских» людей. Собственно именно они и призваны составить когорту тех, кто сможет расширить диапазон видения мира, и предложить другие варианты рассмотрения и решения глобальных проблем.

В связи с этим возрастает и роль креативности в мышлении и действии, масштабность самой личности, ее возможность познавать мир системно. Харизматичность как черта, присущая ранее лишь избранным, неизбежно станет основой личности «авторского» типа. Она сможет не только преобразовывать реальность вокруг себя, но и творить множество Вселенных внутри своего бытия. Эти задачи невозможно решить без использования философского потенциала культуры. Одним из аспектов этой проблемы является изучение философского образа жизни, его роли в развитии и распространении философского знания.

Рассмотрение возможностей использования философского образа жизни целесообразно начать с функций, которые выполняет он в формировании продуктивного поля деятельности философа.

Важнейшая из них – функция познавательная. Познание характеризуется как смыслообразующее ядро философского образа жизни. Оно является самой целью становления философского образа жизни. Постижение мира оптимальным для мыслителя способом и формирует его остов. Именно познание определяет основу деятельности философа как профессионала. И даже транслируя знания, он опирается на свои познавательные возможности.

Одним из необходимых элементов познания мира можно назвать человеческий интеллект. В рассмотрении структуры философского образа жизни он занимает в европейской традиции одно из ведущих мест. Привлечение внимания к проблемам интеллекта в течение многих веков проецировалось идеалистической философией, согласно которой он рассматривался в большинстве случаев как активная сила мышления. Актуальность изучения теснейшим образом связывалась с необходимостью понимания специфики человека. Основы идеалистической трактовки интеллекта заложили Платон и Аристотель.

В средние века учение об интеллекте получило теологическое обоснование в свете творящей силы божественного разума.

культуросозидающая сущность философского образа жизни - монография Лысенковой В. В

Философия Возрождения утвердилась в понимании интеллекта как наивысшей духовной силы. В Новое время Б. Спиноза в понятии «интеллектуальной любви к Богу» объединял познание и мораль. Рационалисты настаивали на его врожденной природной сущности.

Последующее развитие интеллектуалистики длительное время происходило в духе гегелевского прочтения особенностей интеллекта, а затем возникло сугубо биологизаторское наполнение данного понятия.

Экспериментальная психология ХIX – XX веков (Эббингауз, Бине, Симон) действовала в русле количественного определения степени умственной одаренности индивидов посредством тестов.

Пиаже настаивал на двоякой природе интеллекта – биологической и логической, связанной с задачами приспособления человека к окружающей среде.

Последние десятилетия XX века ознаменовались интересом к проблемам интеллекта при становлении теории индивидуально-типологических особенностей развития личности. Работы Э. Меймана, К. Пиорковского, А. Леонтьева, М. Туровского, Б. Теплова внесли определенный вклад в формирование теории интеллекта. А программа «Искусственный интеллект», осуществляемая в 70-е годы XX века с началом эпохи кибернетики, определила необходимость множественности новых интеллектуальных стратегий [215] и показала, что феноменальность интеллекта требует дальнейшего углубления знаний о нем, а общество нуждается в создании междисциплинарной теории интеллекта.

Интеллект (лат. intellеktus – познание, разумение, понимание) конкретизируется как целостная совокупность функций, проявление деятельности высокоорганизованной материи – человеческого мозга, направленной на познание и преобразование природы, общества и самого себя [104, с. 203].

В философском энциклопедическом словаре 2004 года выпуска [249, с. 322] нет определения интеллекта, речь идет только об интеллектуальной революции – понятии, характеризующем коренное изменение глубинных структур мышления и воздействие его на интеллектуальную и социально-практическую деятельность людей. По мнению авторов словаря, подобные фундаментальные структуры мышления представляют собой совокупность знаний, управляющих коллективной мыслью, и характеризуются как «состояние ума современников».

В философском энциклопедическом словаре 1983 года издания речь идет об интеллекте как способности мышления, рационального познания, в отличие от душевных способностей, таких как чувство, воля, интуиция, воображение [254, с. 210].

В нашем понимании интеллект – это способность продуктивно активизировать рационально-мыслительные компоненты психики, интегративные элементы сознания для решения сложных и сверхсложных многофазных задач, стоящих перед человеком. К ним относятся сила, быстрота и скорость мыслительных операций, эффективная актуализация рациональной интуиции, креативных ингредиентов, способность к ассоциативности идей, динамичности творческих состояний, усилению логических комбинаций для повышения результативности дискурсивного познания.

Таким образом, интеллект – это психическая одаренность, характеризующаяся остротой и мобильностью умственных реакций, перманентной пытливостью, стремительными ориентациями в вечно изменяющихся гносеологических условиях, плодотворным структурированием полисистемных проблемных ситуаций. Интеллектуальные способности формируются целеустремленным воспитанием на основе тщательного изучения природных особенностей психики, общим социокультурным состоянием среды обитания. В противопоставление интеллекту – ум с более замедленными мыслительными реакциями, менее активным проявлением креатива, но более основательным отражением воздействия окружающего мира. В обыденном сознании это так называемый «лестничный ум», когда необходимые ответы, к глубокому сожалению и большой досаде, появляются уже на лестничной клетке после жарких и принципиальных споров в присутственных местах. В подобной трактовке этот термин употребляют англичане, а у славян это звучит несколько жестче – «задним умом крепок». Неспособность преодолевать ступор в проблемной или парадоксальной ситуациях со временем становится характерной особенностью психики, постоянно испытывающей непреходящий интеллектуальный диктат насыщенного событийного ряда, диструктивность неинтегрирующихся мыслительных композиций.

Активный интеллект – большое благо и для его обладателя, и для окружающих, когда с помощью оригинального спитча, блеска остроумия, аристократизма мудрости, сноровистого формулирования парадокса оптимально разрешается какая-то архизатруднительная ситуация.

Ярким примером феноменального проявления интеллекта являлась способность Сократа всегда быть на высоте положения в любом дискурсивном порыве. Его интеллект благостно сочетался с коммуникативной гениальностью, где выявлялись мгновенная реакция, эвристические находки, глубокая заинтересованность в просвещении народа. Представляется, что интеллект должен эффективно срабатывать не только в одномоментном акте, но и в многоракурсной, полипанорамной палитре всей теоретической деятельности мыслителя на протяжении его длительного творческого пути. В итоге у Сократа – это смелое изменение направления всего философского развития: обращение к проблемам человека, его самопознанию, саморазвитию и самосовершенствованию, преобразовавшему предметную сущность философии. Коперник, трансформировавший не только астрономические представления людей, но все мировоззрение мира на века, сломавший всемогущество здравого смысла, явно обладал интеллектуальной смелостью, базирующейся не только на строгих математических расчетах, эмпирических и теоретических методах исследования, но и на эвристической интуиции. Упомянем интеллектуальный прорыв Фалеса с его открытием философского метода, Демокрита – с системным изложением материалистической философии, с учением об атомарном строении веществ − одной из первых гипотетических систем устройства Вселенной. К великой радости отметим, что природа и социальное воздействие общества не обделили их мощью интеллекта. Данные события явно должны обозначаться как интеллектуальная революция.

Интеллектуальный подвиг каждого философа, дерзнувшего представить на суд философского сообщества и общественности свои разработки, идеи, гипотезы, теории, тесно взаимосвязан с интеллектуальным мужеством, интеллектуальным подвижничеством. Цена этого в истории подчас была чрезвычайно велика – драматические и трагические судьбы мыслителей, ученых, философов (тюрьмы, пытки, костры инквизиции, убийства, казни, самоубийства) − тому убеждающее подтверждение. Но важно, что смелость и решительность автора открытия всегда были основой активной позиции его сторонников, учеников, последователей в настоящем и будущем.

При этом необходимо учитывать, что интеллектуальный прорыв в философском знании затруднительнее, чем в научном творчестве, так как философские истины тесно взаимосвязаны со многими положениями и открытиями всех наук. К тому же, большинство наук базируется на экспериментальном, опытном знании, что нехарактерно для теоретического философского познания. Гуманитарное знание не только необходимо постичь, выявить многофакторные связи, глубинные подтексты, но и философски осмыслить, соотнести с инерцией сторонников прежних теорий, обеспечить контрдоводы, достичь положительной динамики разрешения проблемы. Кроме того, философские истины «зеркалят» не какой-то отдельный сегмент действительности, а отражают всю широту реальности, иначе фрагментарность сокроет, поглотит искомое. Предмет исследования мыслителя и философа многоаспектен [300, р. 11]. Заниматься изучением только одной проблемы для них нереально. Как и в Универсуме все взаимообусловлено, так и в философском познании интеллект выходит на обилие связей, различные пласты знания, полисистемность казуальности.

Необходимо отметить, что у философа должен наличествовать постоянно включенный интеллектуально-духовный фильтр, обусловленный воспитанием, менталитетом, социальным происхождением, мировоззрением. Через этот фильтр протекает разнообразная информация, подвергающаяся детальному анализу. Она перманентно раскладывается им на составляющие. Человек, философски мыслящий, их классифицирует, определяет иерархию, синтезирует из информации компоненты знания, выявляет их сущностное назначение. Смысловое наполнение данного пропускного механизма у всех философов разное, связанное с уровнем интеллекта, разрабатываемой проблемой, актуальными вопросами момента, приоритетными научными и философскими интересами. При этом важно и философское обоснование предпочтительного выбора, и определение его критерия. Интеллектуальная интуиция также занимает в этом процессе не последнее место. Данные составные части мыслительного механизма существенным образом влияют на дальнейший интеллектуальный активиум.

На основе исследований интеллект структурируется в своем функциональном проявлении на общецелостный и конкретно-профильный. Первый содержит в себе природный дар элегантности мысли и сформированную способность блестяще проявлять себя в специфическом видении общих и всеобщих проблем, целей и задач человечества, раскрытии сущности злокозненности деструктива, иллюстрировании вечной и современной смысло-ценностной константы, то есть стратегической мудрости. Конкретно-профильный интеллект силен в быстром анализе ситуативных кризисов, мастерстве препарирования сложных состояний на ингредиенты, определении конкретных средств устранения одиозности, выявлении смыслонесущих тактических ритмов. Критерием их градации являются содержание и ракурс видения общественных проблем, задача своевременного интеллектуально-креативного их разрешения, мессидж о будущем социалов.

И тот, и другой вид в философском образе жизни предусматривают упорнейший, титанический труд на грани самоотречения, аристократизм духа, бесстрашие ума, преодоление в интеллектуальном плане ни к чему не обязывающего состояния обыденного бытия.

История философии демонстрирует многоярусные интеллектуальные прорывы, выявляя несоизмеримое богатство психики мыслителей, проблемное видение ими сложностей мира. Первый уровень − фундаментальное открытие философа, которое оказало существенное влияние на философскую картину мира. Второй − многофакторная и межфакторная интеллектуальная система открытий, обусловившая уникальность дальнейших поисков человечества. Их интегральный интеллект оформил собой не одну историческую эпоху. Так, И. Кант в первой половине своего творческого пути обогатил науки космологической теорией, доказав, что Солнечная система возникла и развивалась из первоначального диффузного облака на основе законов притяжения и отталкивания, утверждал, что существует Большая Вселенная вне нашей Галактики.

Во второй – критический период творческого пути – интеллект кениксбергского мыслителя обратился к проблемам человека, его познавательным и нравственным способностям, роли морального абсолюта в социальных отношениях. Это глобально изменило традиционные постулаты и выдвинуло Канта в число пассионарных философских звезд первой величины.

При этом можно отметить мощные интеллектуальные революции, осуществленные не одним философом, а интеллектуальной деятельностью целой философской когорты мыслителей. Так, могущественный интеллектуальный переворот осуществили древнейшие философы, которые стали ориентировать общество на необходимость накопления объективного знания об окружающем мире, а не базирование всей жизни на мифологических сведениях. С течением времени этот принцип стал хрестоматийным, но на его воплощение ушло немало сил и времени. «Декартов поворот», составление и издание Философской энциклопедии под редакцией Дидро и Даламбера, новая философия Шопенгауэра и Ницше также стали интеллектуально значимыми вехами для всего философского знания.

Интеллектуальное подвижничество объективно обрекает мыслителей в своем образе жизни на повсеместный трудоголизм, на лишение многих радостей жизни, постоянно строгий режим существования, отстраненность от быта, аскетизм материальных интересов, пожизненную сосредоточенность на философской проблематике, одержимость поиском.

Вспомним вечную рассеянность Гегеля от перманентной погруженности в смыслотворчество, крайне уединенный образ жизни Демокрита с непрекращающимися многодневными исследованиями. Его состояние настолько обеспокоило абдеритов, что они срочно вызвали врача для уяснения проблем его здоровья. Данный факт крайне удивителен (жители Абдер слыли в Греции недалекими людьми), похвален и редок для окружения мудреца. Чаще их философский образ жизни вызывает непонимание, отчуждение и даже преследование. Многие из философов, в том числе Демокрит, Эпикур, Кант, Спиноза, утверждали, что мыслители не должны создавать семью. Любовь, дети, супружеские обязанности, необходимость материально обеспечивать родственников отвлекают от философских исканий, не позволяют в полной мере реализовать свой талант.

В среде философов преобладал ориентир на скромную, праведную жизнь. Некоторые из них свой житейский аскетизм доводили до максимума, дабы не утруждать себя заботами о материальном благосостоянии. Крайне скромно в одиночестве жил Фалес из Милета. Всю жизнь нищенствовали Ксенофан, Диоген Синопский, Телес (III век до н.э.). Не уделял внимания материальным благам Питтак из Мителены. Строгой умеренности в питании всегда придерживался Зенон – основатель школы стоиков. Вопреки более поздним «разоблачениям» и хуле вел простой и праведный образ жизни Эпикур. Он довольствовался малым, считая, что мудрецу важно иметь в своей библиотеке новую книгу и в саду – свежий цветок. В его школе учеников связывала крепкая дружба. Они постоянно во всем поддерживали друг друга, оказывали взаимопомощь во время периодов нужды и голода. Стремление людей к богатству, угасающему лишь тогда, когда захлопывается крышка гроба, высмеивал китайский мыслитель Шан Ян (IV век до н.э.).

Всемерно ограничивая свои потребности, умер в крайней нужде от туберкулеза Антисфен. Избежал жажды власти и отказался от царского трона знаменитый Эмпедокл из Акраганта, выходец из богатой, знатной сицилийской семьи. Сделал он это ради необходимых ему интенсивных занятий философией. Отрекся от царского титула в пользу брата Гераклит из Эфеса, ставший родоначальником диалектики, офилософивший греческое слово «логос», впервые употребивший в своих текстах термин «космос». В конце жизни он удалился в горы и жил отшельником. Больше тридцати лет прожил в деревне Л. Фейербах, лишенный кафедры и права преподавать в университете за свою материалистическую позицию. Условием ссылки было и ограничение контактов, и невозможность выписывать газеты и научные журналы. Его исключенность германским государством из активной научной и философской жизни стоила, надо понимать, человечеству очень дорого.

Таким образом, философы всеми средствами стремились организовать свой образ жизни так, чтобы он всемерно помогал оперативно творить. А если обстоятельства мешали этой возможности, то с достоинством и гордо несли свое удручающее бремя. Философский образ жизни – важное условие интеллектуального подвижничества мыслителей. Он способствует увеличению интеллектуального вклада в сокровищницу идей, интеллектуальной продуктивности, повышению КПД открытий. Философский образ жизни предусматривает альтруистическое служение интеллектуальному росту человечества, глубокое понимание потребностей общества, проникновение в их сущность, обоснованную позицию в поиске творческих путей необходимого их разрешения.

 

В нашем представлении третий уровень интеллектуального прорыва это постижение, принятие и усвоение обществом философских и научных открытий. Как установлено, оно осуществляется длительно по апробированной веками схеме: 1 фаза – «этого не может быть», 2 – «в этом что-то есть», 3 – «это знают все». Истины науки продолжительное время завоевывали признание не только в среде общественности. Их внедрение в жизнь сопровождалось долгими дискуссиями и в самой научной среде: Г. Лейбниц – Д. Локк, Н. Бор – А. Эйнштейн и другие. Еще более сложная ситуация складывается с сугубо философскими открытиями, чьи истины проверяются годами, столетиями, веками в связи с тем, что требуют продолжительного осмысления, анализа, сравнения, сопоставления. Так, гипотеза атомарного строения вещества Левкиппа-Демокрита была экспериментально доказана Резерфордом только в XX веке. И для самой общественной мысли необходимо значительное время для постижения сущности стиля открытия, соотнесения его с процессами объективной реальности, определения взаимосвязи с остальными научными и философскими положениями. Для усвоения сформулированных философией универсальных законов, действующих повсеместно, требуется определенная общенаучная подготовка.

Созданный философией за всю историю развития общества комплекс философских дисциплин (этика, эстетика, эвристика, коммунология, аксеология, логика, гениелогия, культурология и др.) – величайший интеллектуальный багаж гуманитарного знания, величественный дар философов и мыслителей социуму. Появление титанов философской мысли, реализация их мощного интеллекта в открытиях подготавливались развитием философии веками. Обострение противоречий формировало их потребность найти выход из создавшегося положения. Умение ставить фундаментальную проблему требует острого ума [38, с. 435–440], интеллектуального прозрения для ее осознания и дальнейшего разрешения.

Великим представителям философской классики с их неистребимой жаждой знаний, любомудрием, сложностью интеллекта чаще всего было чуждо стремление к славе. Они беспокоились о логической респектабельности и теоретическом обосновании философских выводов и направлений, идеалах, ориентирующих на поиск истины, улучшение «мира, во зле лежащего» (В. Эрн).

У общества должна преобладать позиция благодарности к тому, что наработают мудрецы, философы и мыслители (наша позиция не совпадает в этом вопросе с точкой зрения Л. Ионина, утверждающего, что наука является самоподдерживающим предприятием, не нуждающимся в оправдании) [89, с. 15]. Неприемлемы отчуждение, хула и непозволительное пренебрежение за не решенные, а только лишь поставленные проблемы, что само по себе важно, и свидетельствует не о крахе, а об интенсивном развитии философии.

Обществу объективно необходимо для своего прогрессирования стремиться к постижению философских наработок, к сближению философского и обыденного знаний, пониманию философии как решающего средства достижения идеалов. Пытливый ум философов и мыслителей, напряженная работа их интеллекта способствовали и способствуют преодолению всеобщих «пыток бытия» (Ф. Бэкон).

Помимо интеллекта важно отметить роль эмоционально-чувственной сферы человека, возможностей его интуиции, способности и потребности к познанию в целом, но это предмет другого исследования.

Второй функцией философского образа жизни можно назвать мировоззренческую. Особенности мировоззрения человека, его отношение к миру, система приоритетов отразят и мотивацию в создании определенного образа жизни, систем взаимодействия с обществом и с самим собой. Искажение смысложизненного, ценностного ядра обусловит дезорганизацию, антигармоничность образа жизни. «Для общества, как и для индивида, жизнь без мировоззрения представляет собой патологическое нарушение высшего чувства ориентирования», – пишет А. Швейцер [273, c. 73]. И, действительно, в философских спорах отстаивается право философии изучать, формировать и влиять на мировоззрение [275, c. 83]. Но не редки и попытки отмежевать философию от мировоззрения [115, c. 95]. Думается, что поиски основ нового, современно рефлектирующего мировоззрения во многом помогут и выходу философского знания из кризиса.

Сам выбор творческого пути философом определяется его мировоззренческими установками. И, безусловно, мировоззрение лежит в основании и развитии его философской системы. Философский образ жизни включает в себя становление собственно мировоззрения мыслителя и мировоззренческие тенденции эпохи, в которой он живет [78; 203; 211]. Эти тенденции созидатель проявляет и в формальной организации своей жизнедеятельности.

 

Нужно подчеркнуть прямую связь философского образа жизни с учетом мировоззренческих параметров времени. Сам философ, его деятельность зависят от временного жизненного отрезка, который отведен ему судьбой. Такой важный показатель выявляет масштаб возможностей человека, развертывание его жизненных перспектив. Недаром героиня романа Ф. Рота «Умирающее животное» говорит, что возраст отсчитывается не количеством прожитых лет, а временем, отведенным человеку впереди [209]. Поэтому жизнь многих ярких творцов характеризуется не малым количеством прожитого, а необыкновенной творческой его наполненностью, поражающей результативностью. В связи с этим мыслителю важно соотносить собственные замыслы со своими временными возможностями. Однако проблема времени в данном аспекте не исчерпывается только этим.

Философский образ жизни мыслителя не существует оторвано от темпоральных характеристик жизни народа, государства, человечества в целом. И нельзя сказать, что философский образ жизни – замкнутое образование, он сопряжен с историей мира, его победами и поражениями. Мировоззрение творца, его самосознание, «впитывают» эту историческую панорамность в себя, расширяя показатели аналитичности. Сущностные изменения в обществе чаще всего малосозвучны обыденному сознанию, если не затрагивают систему его интересов и, более того, являются досадными препятствиями на пути к покою. А философ видит в них «клады» скрытых смыслов, таящиеся загадки, новые повороты в мире природы и культуры. Он как открытое сознание человечества в потоке времени. То есть «…категория времени становится способом видения мира» [283, с. 27]. И это видение помогает осознавать и изучать не только прошлое, но и будущее. Философский багаж свидетельствует, что в прошлом часть предположений реализовалась, а часть – оказалась утраченной. Прогнозирование будущего позволяет уже в настоящем увидеть зачатки того, что впереди, и затем использовать сполна. Философский образ жизни опирается на эту мировоззренческую перспективу, так как помогает очерчивать образ будущего бытия не только для философа, но и для мира. «…Особенностью человеческого сознания есть то, что оно способно воображаемое переживать как действительное, прошлое и будущее как настоящее» [283,с. 33].

В таком ракурсе и философское творчество можно рассматривать как возростание возможностей. То есть философ, сущностно «проникая» в будущее, из океана абстрактных потенций выделяет реальные [283, с. 32]. И тем гениальней мыслитель, чем в более дальней перспективе он видит осуществление вероятностей, которые сегодня оцениваются другими лишь как абстрактные, невыполнимые вообще. Некоторые любомудры живут надеждой на исполнение своих пророчеств в будущем, но именно уверенность в реализации осмысленного придает философу понимание завершенности, гармоничной уравновешенности системы выдвинутых им идей и своего образа жизни. Ярким примером в этом отношении может быть «Новая Атлантида» Ф. Бэкона [28, c. 193–224]. Автор в своем небольшом по размерам произведении, задолго до создания системного метода, подробно, по направлениям описывает научно-технические успехи бенсалемского общества. По сути, перед нами программа развития науки и техники вплоть до настоящего времени. Бесспорно, что базой для таких описаний служат научно-исследовательская и философская деятельность мыслителя, серьезное увлечение прежде всего естествознанием. Тем не менее, поражают глубина и перспективность мышления футуролога, его возможность шагнуть за рамки времени, предвидеть то, что невозможно было не только проверить, но часто даже вообразить в его эпоху.

 

Как мы знаем, для мировоззрения важно единство образа мыслей с образом жизни [251, c. 454]. Знания, получаемые человеком, не обязательно встраиваются в структуру мировоззрения автоматически. Они могут носить отвлеченный характер и не изменять его поведение. Но когда они формируют комплекс позиций человека, то начинают играть роль активного компонента его жизнедеятельности, проявляясь в поступках. Обретая на основе опыта для человека все более конкретный характер, они становятся убеждениями, формируя сущностные черты его образа жизни. Так, философский образ жизни во многом выступает результирующим итогом развития и изменения мировоззрения мыслителя. Постепенно, «разветвляя» свою структуру, знания, убеждения, определяют каркас философской системы. Здесь особую роль играет именно образ мыслей, сквозь призму которого философ формирует свое кредо. Уверенность в правильности выбранной позиции делает его защитником своих идей, предопределяет дальнейший философский поиск.

Вера в истинность своего мировидения также относится к мировоззренческим элементам. Ведь именно мыслителю и деятелю искусства чаще всего приходится сталкиваться с непроверенным знанием. Интуиция, философская вера в свою правоту позволяют творцу идти дальше по пути познания. Только проникнутый верой в правильность направления деятельности философ может вероятное знание постепенно обращать в достоверное. «Вера и есть психологическая установка на восприятие воображаемой реальности как действительной» [283, с. 33]. Но, конечно, вера не должна «застревать» в своей опоре на авторитет, «цементируя» философское знание. Бесспорно влияние «энергии» веры, когда она помогает реализовать задуманное, подчас то, что кажется невозможным, «поднимая» человека над обстоятельствами [283, с. 33].

Духовная культура общества, преломляясь в уникальном опыте философа, индивидуализируется в его жизненной программе [48, c. 27]. Причем, важно отметить динамический характер существования и развития мировоззренческих компонентов философского образа жизни. Мыслители нередко переживают в своей биографии периоды переоценки позиций и убеждений, подчас кардинальной смены взглядов, что сопровождается мировоззренческими кризисами. Вспомним пример шведского ученого Э. Сведенборга, который во второй период творчества (с 40-х годов ХVIII века) активно начинает работать над созданием оккультно-мистической системы. Этот поворот осмысливали позднее в своих произведениях И. Кант, К. Ясперс [249, c. 751]. Эволюцию своих взглядов пережил и известный советский философ Г. Батищев. В последние годы жизни он, прекрасный знаток марксизма, постепенно пришел к Богу, став глубоко верующим человеком. Изменился и его образ жизни. Принял крещение, совершал паломничества, проповедовал. В период предсмертной болезни считал, что после выздоровления уберет всю свою, собранную ранее, философскую библиотеку, но этому не суждено было случиться [281, c. 446, 451].

Кризисы могут иметь и внешние параметры: общественные потрясения, смена научной парадигмы в социуме, изменение морально-нравственных ориентаций. Но многое зависит от самого мыслителя, прежде всего, от меры убежденности в своей правоте. Хотя именно мировоззренческая коррекция взглядов и помогает философу оставаться актуальным, востребованным и современным. Глубина мировоззренческих основ позволяет полнее, точнее и прозорливее говорить и писать о человеческих проблемах. Внутренний мировоззренческий базис определяет внешние контуры образа жизни, выявляя важнейшие приоритеты. Хотя с развитием философии мы можем наблюдать, особенно в западной традиции, несовпадение излагаемых взглядов и жизненного практического преломления их в деятельности мыслителя. Это мировоззренческое противоречие, которое мы не встречаем в античности и в ранних философских системах Востока, затем становится все явственнее. В русской интеллектуальной среде в наибольшей мере остроту этого конфликта пережил Л. Толстой.

То есть философский образ жизни выявляет мировоззрение философа. И он сам продуцирует разворачивание мировоззренческой проблематики в отношении «философ – мир». Поэтому столь различны подчас образы жизни мудрецов разных веков и поколений. Однако при всех отличиях именно любовь к бытию, знанию, людям делает истинного философа значимой фигурой в мире культуры.

Аксиологическая функция философского образа жизни неразрывно связана с мировоззренческой, так как ценностный аспект в нем также очень востребован. Философ осмысливает и создает ценности на разных уровнях [118, с. 37–38]. Он, выстраивая свой образ жизни, бесспорно, формирует к нему ценностное отношение. Ведь занимаясь столь творческой деятельностью, мыслитель понимает, насколько интересней, многообразней, интеллектуальней она является по сравнению с другими. Ценя большой элемент креативного в своем труде, творец осознает различия его с трудом репродуктивным по существу. Нужда в обществе заниматься малопривлекательными трудовыми операциями, конечно же, – необходимость. В процессе развития цивилизации таких работ постепенно становится меньше, хотя говорить о большой численности истинно творческих профессий преждевременно.

Ценностный критерий можно применить и к результатам творчества (написанным произведениям, прочитанным лекциям, произнесенным речам и т. д.). То есть они – воплощение ценностной предметности культурного явления – начинают функционировать в системе общественных отношений. Все значимые философские достижения входят в копилку духовных ценностей человечества. Важно отметить и темпоральный аспект. Нужно выделять ценностные элементы, актуальные для сегодняшнего этапа развития знания. Но ведь бывают философские идеи, которые, хранясь в «запасниках» культуры, обретают свою значимость через длительное время. Также особо следует сказать о непреходящем эвристическом характере многих элементов философского наследия.

Кроме этого, индивидуальность стилю и образу жизни деятеля духовной сферы придают личные ценности, которые отражают уникальность бытия именно данного человека. Сама жизнь философа, как и любого другого человека, есть ценность. Но ведь именно философ в наибольшей мере сможет отделить истинные ценности жизни от «шелухи» наносного и поверхностного. Ценности в философском понимании в наибольшей мере содержат элемент общезначимости. Они универсальны ввиду специфики самой предметной области философии и потому направлены непосредственно на сферу наиболее фундаментальных человеческих вопросов.

Но философу важно сохранить ценность своего неповторимого пути, не изменить себе, иметь возможность творить себя в соответствии с собственным свободным выбором, не «растворяясь» в будничной суете. Даже смысложизненные, ценностные кризисы в жизни философ-мудрец призван решать наиболее оптимально, являясь аксиологическим примером для остальных. Он увидит «глубже, дальше, полнее» других, определяя неразличимые многими возможности и варианты выхода из тупика, проявляя практическую ценность мысли [292]. Истинный философ, проходя свой путь, стремится выбрать оптимальный «маршрут» движения. Но критерием правильности принятого решения есть сама жизнь, которая показывает истинность или ложность выбранного направления. Таким образом, будучи субъектом аксиологического отношения, философ может воплощать ценностно-смысловое единство и как творец, и как критик, и как практик. Создавая, он одновременно выявляет устаревшее, не оправдавшее себя. Подобно скульптору, «отсекает» мешающее движению вперед. В практике жизни и в творческом труде он предлагает новые, более совершенные показатели как мышления, так и деятельности. Они имеют в основании ценности более высокого порядка, нежели господствующие в настоящее время в социуме.

Особую роль в формировании философского образа жизни занимает проблема духовной реализации и самосовершенствования. Этот процесс не всегда носит явный характер. Но сам мыслитель чувствует возрастание духовного потенциала посредством совершенствования себя и организации своего времени и пространства. Он понимает, что это состояние является подлинным базисом его творческой деятельности. Расширяя свои возможности, творец изменяет общечеловеческую ценностную картину. Ведь философ подчас не в состоянии разрешать многие конкретные общественные проблемы в их разнообразии. Он может предложить концепцию общего направления проработки близких по содержанию задач. Говоря словами М. Аврелия: «Но что же может вывести на путь? Ничто, кроме философии» [цит. по 88, с. 21].

Именно философское движение в большей степени предполагает определение путей достижения идеалов. «Художник укореняет идеал высотой. Ученый – глубиной» [88, c. 159]. А философ – подлинной мудростью. Ибо «мир созидается от лица идеалов» [88, c. 213]. Стремясь к воплощению абсолютного, должного, философия оперирует именно критерием идеалов, «поднимая планку» развития культуры как можно выше. То есть стремление к идеалу видится «предпоставленной целью и поэтому – ценностью в подлинном смысле» [2, с. 31]. Человек призван быть в философском представлении существом ценностно выраженным и идеалонесущим [88, c. 101]. В противном случае тяготы жизни не позволят воплотить даже некоторую толику задуманного великого. Здесь можно видеть глубину ощущаемого трагизма человеком, осознающим малую меру созданного в сравнении с предполагаемым. Все подлинно творческие натуры в этом противоречии видят источник для дальнейшего творчества, черпают силы для увеличения продуктивности своей деятельности. Они изыскивают возможности для развития того ценного, что было предложено, но не осуществлено предшественниками.

Ценностная окрашенность всегда присутствует и в неустанных поисках истины. Непростые пути познания, получения важного открытия обретают не только утилитарную, но и духовную ценность. Под аксиологическим влиянием меняется и сама содержательная сторона познавательного процесса, ведь другой «угол зрения» подчас высвечивает совершенно неожиданные грани изучаемого. Сами понятия, категории науки могут расширять или, наоборот, сужать свой объем в соответствии с новым содержанием, либо получать необычный смысл. Этим обусловлена сложность понимания иного аксиологического контекста языка знания.

Именно ценностный компонент напрямую связан с истинно человеческой особенностью – возможностью осмысливать и оценивать действительность, то есть формировать оценку, которая является важным элементом ценностной сферы. «Всякая оценка есть занятие индивидуальной позиции в бытии…» [19, с. 113]. Помимо того, что оценка демонстрирует сущность человеческого отношения, она может служить критерием своевременности и уместности использования ценности, ее важности для современного этапа развития мысли. В философском образе жизни оценка показывает границы авторской позиции мыслителя, позволяет «очертить» совокупность граней и аспектов собственного творчества.

Важно подчеркнуть, что философы призваны формировать, критически рассматривать систему ценностных смыслов культуры [21; 280, c. 7]. Построение, корректировка ценностного каркаса в обществе – одна из задач философов. То есть от узости формальных, нормативных сторон общественной жизни, которые часто доминирует в силу своей прагматичности, социуму нужно чаще обращаться к глубинным, смысловым. Философ помогает человечеству понять необходимость высокодуховного существования, предостерегает от ошибок и сложностей на пути к нему. Представители всех профессиональных групп вносят свой вклад в эту систему на определенном уровне. Ведь часто именно утверждение новых ценностей приводит к качественному изменению облика всего общества. Но ценностью философского созидания являются приближение культуры к аксиологической гармоничности, обнаружение перспективных направлений ценностного развития человечества, создание модели аксиологического «оптимума».

 

Лысенкова Владлена Витальевна

кандидат философских наук, доцент кафедры философии и политологии

Харьковской государственной академии культуры.

 

 

продолжение следует...

 

1.1. Понятие «Образ жизни». Философский образ жизни и его структура

1.2. Генезис и становление концепта «Философский образ жизни» в истории Философии

1.3. Философ как системообразующий субъект философского образа жизни

1.4. Полифункциональная природа философского образа жизни

1.5. Ролевые характеристики философского образа жизн

 

 

- анекдот про маленького Насреддина вместо эпилога:

Правитель города, знавший о том, что Насреддин Афанди любит вкусно поесть, однажды спросил его:

— Скажите, Афанди, что лучше: плов или манты?

— Как я могу сказать, что лучше, не попробовав ни того, ни другого?

Тогда правитель угостил Афанди и пловом и манты.

— Хулить плов было бы грешно,— заявил после обеда Афанди,

— но и манты не уступают ему ни в чем.

Однако окончательное решение можно вынести, лишь попробовав вашего шербета...

 

 

При желании обсудить полифункциональную природу философского образа жизни тут:

 

Comments:

 

Добавить комментарий

Будьте вежливы и ненавязчивы.
Будьте добры и будьте счастливы!


Защитный код
Обновить

bengal cat


Поделиться

Спасибо за поддержку!

Авторизация

Мы рады Вас видеть на нашем сайте

До новых встреч!




Может быть интересным:

Другие статьи, материалы...


Яндекс.Метрика
orjinal elektronik sigara joyetech evic vt joyetech dunyasi